- Ну, как вам сказать, - взгляд забегал по настенным полкам со всякой растительностью в бежевых горшочках, по потемневшей медной ручке двери и остановился на ослепительно от невинном полном детского любопытства лице. – Мне не нравилась школа. Я был там, как в пчелином улье. Вы же знаете, кто такие пчёлы?
- Конечно, знаю, - возмутилась Клэр, - Ты совсем меня за дурочку держишь?
- Откуда же знать, есть ли у вас пчёлы, - я глубоко вдохнул и попытался отрыть что-то ещё про школу. Но в голове вновь взорвалась бомба боли. Я сжал руки в кулаки.
Воцарилась небольшая пауза. Тенебрис взглянула в окно. Не знаю, что она там увидела, но пристальный взгляд её длился с минуту. За это время окуляры успели тысячу раз сфотографировать профиль девушки. Её мраморные локоны, спадающие с плеч, чуть розовые полосы губ, родинку на тоненькой шее.
- А мне нравилась школа. Я ещё в хор церковный ходила после уроков. Мы пели каждое воскресенье… - Клэр мечтательно закрыла глаза и улыбнулась. – Я сейчас покажу тебе наши школьные фотки.
На этих словах дева вскочила и забежала за ту самую дверь с медной ручкой. «У них до сих пор бумажные фотографии?» - этот вопрос будоражил процессоры. Я ни разу не видел таких фото. Какие они на ощупь? Интересно из чего их делали? А сколько стоит такой фотоаппарат?
Я ждал, тупо смотря на трещины одного горшка. Однако долго сидеть без дела не пришлось. Клэр показалась в воздушном одеянии, длинной полупрозрачной рубашке, которая была расстёгнута и оголяла упругие груди с розовыми сосками. Ниже по телу летали сияющие тату-бабочки цвета рубина; на элегантных бёдрах висела атласная повязка, которая казалась тяжёлой на вид и не давала святой деве взлететь. Однако Тенебрис взвилась ураганом.
Она молнией пронеслась ко мне и вонзила под бок что-то маленькое и острое. Приказ шёл до ног слишком долго – зазвенело от напряжения всё тело. Конечности связали путы миллионов Ватт. Окуляры померкли, а сознание исчезло.
«Просыпайся, Роб! Ты лежал в отрубе два часа. Хорошо, что эта сука подала ток. Понятия не имею нахрена, но теперь ты сможешь вдарить ей по первое число. Главное не убей паршивку – Джастин хочет ещё поговорить с ней. Помощь прилетит только через пару минут. Эта потаскуха к тому времени оставит от тебя только рожки да ножки. На счёт «три» я отопру оковы, - грубо басил Киран прямо у меня в голове».
«Раз, - вдохнул он». Голова трещала по швам. Безымянная строка приобрела название «Страх». Он сковал всего меня получше дурацких пут, а вселенская усталость не давала сказать хоть слово Киру – только мычать Эйтовской коровой. Но, чёрт побери, меня похитила не Клэр. Не мог человек, который просто так помогает роботам, платит весь месячный доход церкви на ремонт андроида, уничтожать его собратьев. Ангел не может грешить. Я видел лишь пожелтевший от сырости потолок и обсидиановую тень. Звяканье инструментов и скрипучие смешки наполняли комнатушку. К их дуэту прибавлялся тошнотворный запах плесени.
«Два, приготовься», - Киран шепнул ещё пару слов, однако я их прослушал. Может святую деву подменили? Точно, я вроде слышал какой-то тихий хлопок, когда Тенебрис ушла в другую комнату. Ну, конечно, её настоящую схватил кто-то, а вместо оригинала подсунули клона. Таких же повсеместно люди используют. Фальшивая Клэр ковырялась где-то в районе печени – как же хорошо, что я не чувствую боли. Стальное сердце разносило вместе с синей водой недомогание. Что мне делать, когда оковы снимут?
«Подзови эту ведьму и пережми сонную артерию. Ты же знаешь, где это?» – усмехнулся наш безопасник. Я сжал руки в кулаки – я владею своим телом, владею своей судьбой, владею своей жизнью. «Всем миром», - глухо добавил странный голос.
По телу пробежали воображаемые мурашки – либо я в симуляции, либо эта ведьма добавила мне в бак осоре – наркосмесь, вызывающая у андроидов чувства.
- Нашла что-то интересное? –фыркнул я.
Вначале недоумением повисла пауза, а затем взрыв хохота:
- Да тут такие штуки! Два сердца! Первый раз такое вижу, а вот ты больше никогда, ха-ха-ха, ничего, ха-ха, не увидишь, - истошно кричала сквозь смех дьяволица вместо Тенебрис. – Один проводочек и твоей жизни всё, - она хлопнула в ладоши, - конец.
- Тогда дай мне загадать последнее желание, дева ты святая или нет? – главное держать самообладание и не поддаваться панике. Самозванка блефует, потому что я ей нужен. Разве не убила бы она меня раньше, если имела возможность?