Эллен слышала сердитый крик этого мужчины и слова, произнесенные явно по-гореански, но которых она не узнала, слова, которые, ей, рабыне, конечно, никто даже не собирался преподавать. Она не сомневалась, что мужчина крепко выругался, по поводу своей неудачной атаки.
Все это заняло не больше удара сердца. Они появились словно ниоткуда и унеслись прочь.
Интересно, на что он мог надеяться, атакуя эту крышу, когда все девушки попрятались среди развешенного белья, защищенные веревками и стойками?
Теперь и сама Эллен стояла на коленях среди рядов трепыхавшейся под порывами ветра одежды, прикрывая руками голову, словно она могло бы защитить ее от атаки сверху.
Вдруг мимо нее проскочила Нельса. Девушка со смехом вскарабкалась на самую вершину ближайшей стойки. Более того, она встала на перекладину, умудряясь удерживать равновесие и не падать. Ее силуэт четко обрисовался на фоне неба, а волосы развевались на ветру.
— Неуклюжий чурбан! — крикнула она вслед удалявшемуся наезднику. — Кто учил тебя твоему делу? Иди домой и играй с вуло! Ты такой же ловкий, как тарларион!
— Спускайся! — заорала на нее Лаура.
— Долой Трев! — закричала Нельса, грозя кулаком вслед тарнсмэну, уже удалившемуся на довольно большое расстоянии, и всяко не слышавшего ее воплей. — Чтоб его стены срыли, а богатства разграбили. Чтоб все его женщины оказались в ошейниках! Чтоб их гнали среди прочих рабынь! Чтоб его башни сожгли, а его пепел засыпали солью!
Приближение второго тарна, плавно снижавшегося, паря по ветру на распростертых, неподвижных крыльях было бесшумным.
Нельса этого, конечно, видеть не могла, поскольку смотрела в другую сторону, крича и грозя кулаком быстро удаляющейся фигуре первого всадника. Соответственно, не составило большого труда накинуть аркан на ее вытянутое вертикально тело. Для нее, все еще потрясавшей в воздухе кулаком, и сердито кричавшей, это могло показаться легким негромким шепотом, прошуршавшим вокруг нее. А когда тарн пронесся над ней, инерция ее собственного тела заставила петлю затянуться. Веревка красиво и умело обхватила талию девушки. Вероятно это не хуже сработало даже с мужчиной. Аркан настолько аккуратно и быстро затянулся на своей добыче, что даже у мужчины не было шансов успеть скинуть его со своего прямого, мускулистого тела, а уж накинутый на Нельсу, женщину, попав прямо в сужение между ее широких бедер и припухлостью груди, и вовсе не оставлял никакой надежды, ни ей, ни любой другой женщине. Сама Эллен, по той же самой причине не могла стянуть с себя железный пояс, контуры которого были заметны, даже под ее платьем. На этом основании некоторые гореане полагают, что тела женщин самой природой созданы для веревок. И, возможно данный факт, в дополнение к более очевидным биологическим соображениям, пусть и в довольно незначительном сопутствующем смысле внес свой вклад в эволюцию гомо сапиенса. Ведь именно женщины с телами, неспособными уклониться от таких уз, являясь более восприимчивым к пленению, становились объектами подчинения и спаривания. Конечно, у самок многих других видов животных, и даже у многих видов приматов, не такое строение бедер, нет такой полноты груди и прочих особенностей. Независимо от интереса или ценности таких предположений, правда которых любом случае скрыта во тьме полного загадок прошлого, суть очевидна, факт удобства тел для надежного связывания столь же ясен как совершенство уз на Нельсе, теперь размахивавшей руками, словно она пыталась схватиться за воздух, бешено дергавшей ногами, и верещавшей от ужаса, быстро удаляясь от крыши. Тело девушки, раскачиваясь из стороны в сторону, висело футах в двадцати под набирающим скорость и высоту тарном, скользившим между башен, а сотнях футов над улицами города.
— Этот прием называется «стратегия второго удара», — пояснила Лаура, сидевшая рядом. — Первый делает явно неудачный заход, а затем, когда прятавшаяся до этого жертва, полагая, что она в безопасности, теряет осторожность или начинает насмехаться над незадачливым охотником, тем самым показывая себя, подходит группа настоящих охотников, чтобы сыграть основную партию. Нельса оказалась не столь умна или мудра, как она о себе думала.
— Смотри! — воскликнула Эллен, указывая вдаль, в направлении, в котором дул ветер и, в котором улетел тарн.
— Все верно, — усмехнулась Лаура, — оба этих монстра уже объединились. Дальше они будут держаться вместе.
Звон сигнальных рельсов все еще стоял над городом.