— Не забудь, после ужина, в шестнадцатом ане, — напомнила ей Ина.
— Да, Госпожа, — улыбнулась Эллен.
Глава 14
Ожидание
— Стой спокойно, — бросила ей одна из наставница.
— Ой! — вскрикивала Эллен, каждый раз как гребень протаскивали по ее волосам.
Затем к процессу ее причесывания присоединилась другая наставница.
— Замри и не дергайся, — потребовала первая.
— Она и так прекрасна, — заметил охранник.
— Что мужчины могут знать о таких вещах? — проворчала девица.
Эллен не видела, но чувствовала, что ее волосы были тщательнейшим образом расчесаны, приглажены и уложены по ее плечам.
— Вот, — хмыкнула первая из наставниц. — Не вздумай шевелиться маленькая самка урта.
— А она — смазливая, — заметила вторая.
— Я тоже так думаю, — признала первая.
— А вы разве не подкрасили ей губы и веки? — уточнил охранник.
— Нет, — ответила первая.
— Тогда она, действительно, привлекательная, — признал мужчина.
На Эллен была надета короткая туника, разрезанная по бокам до самой талии, так что при ходьбе ее клеймо то и дело мелькало в разрезе. А когда рабыня в такой тунике встает на колени, если, конечно, она — рабыня для удовольствий, лоскут ткани опускается спереди между ее широко расставленных бедер.
Первым делом в комнате подготовки ей тщательно отмыли тело и волосы. Она буквально сияла.
— А как вам нравятся ее духи? — поинтересовалась первая наставница.
— Это — рабские духи, — пожал плечами охранник.
— Конечно, — усмехнулась она. — Она же рабыня.
— И вам они нравятся? — спросила вторая.
— Да, — кивнул мужчина. — Это превосходный запах. Признаюсь, мне трудно удержать свои руки от того, чтобы не потискать ее.
— Только не растрепите ее, пожалуйста, — запротестовала первая.
Эллен сразу захотелось оказаться как можно дальше от охранника. Она немного потянула руки. Бесполезно. Браслеты надежно удерживали их за спиной.
— Как чувствует себя, маленькая таста без железного пояса? — полюбопытствовала первая наставница.
— Хорошо, Госпожа, очень хорошо, — признала Эллен.
— Такие вещицы очень тяжелы, громоздки и неприятны, — заметила женщина, и ее тон, заставил Эллен заключить, что, судя по всему, и сама наставница когда-то имела свой собственный опыт ношения этого аксессуара.
— Да, Госпожа, — не могла не согласиться с ней Эллен.
— Зато теперь Ты чувствуешь себя очень уязвимо, не так ли? — спросил она.
— Да, Госпожа, — вынуждена была признать Эллен, и осторожно отодвинулась немного подальше от охранника.
Именно он, как только привел ее в комнату подготовки, снял с нее длинное платье, а затем и железный пояс. Интересно, подумала она, а ему правда было так необходимо, ощупывать ее талию, бедра и ягодицы, когда освобождал ее от этого?
Едва снятый пояс сразу был отброшен в сторону, прогрохотав по каменному полу комнаты подготовки, а его бывшая носительница после пристального осмотра, какому обычно подвергает гореанский рабовладелец хорошенькую рабыню, схвачена за волосы, протащена через всю комнату и с головой погружена в ванну.
— Наручники, — скомандовала первая наставница.
Эллен, не мешкая, повернулась к ней спиной и чуть приподняла руки, так, чтобы женщине легче было проверять браслеты на ее запястьях. Она почувствовала, что ее взяли за руки и, подняв их выше, покрутили и подергали железо. Послышался негромкий перезвон металлических звеньев.
Сталь плотно сидела на ее тонких запястьях. В этих наручниках не было никакой необходимости, но они не оставляли у их носительницы сомнений в том, что она беспомощна. Также Эллен не сомневалась, что браслеты намеренно, в соответствии с некой инструкцией, были подобраны такими плотными. Обычно рабские наручники аккуратны и удобны, и редко туги, что могут причинить страдание. Иногда они даже могут быть довольно свободными, словно предлагая глупой девушке попробовать их стянуть. Однако ей не потребуется много времени, чтобы к своему расстройству, осознать, что она отлично удерживается ими, а хозяин просто забавы ради, играл с ней, заодно, по-своему давая ей урок.
Такие мелочи, среди многих прочих, помогают новообращенной невольнице скорее понять, что она — рабыня. У девушки лучше изучившей ошейник, никогда не возникнет никаких сомнений относительно таких вещей.
Браслеты, цепи и тому подобные аксессуары, кстати, заставляют женщину почувствовать свою беспомощность и уязвимость, а такие эмоции, желает она того или нет, усиливают ее чувствительность. Безусловно, при этом они еще и с совершенством удерживают ее.