— Простите меня, Госпожа, — то и дело говорила Эллен, вздрагивая от боли, когда кейджера особенно болезненно нажимала рукой.
Новая рабыня, Джилл, еще недавно бывшая пага-рабыней в Железном Ошейнике, само собой, не обгорела, но Тарго решил, что ее тоже необходимо защитить, прежде чем выставлять на солнцепек.
— Я не хочу, чтобы ко мне прикасалась варварка, — заявила Джилл.
— Ты не намного лучше варварки, — презрительно бросила Чичек. — У тебя варварское имя! Джилл! Джилл! Джилл! И оно делает тебя горячей, не так ли? Джилл! Джилл!
— Да, да, — всхлипнула новая рабыня. — Я не лучше варварки. Я могу сказать это по тому, как я отдаюсь.
Чичек и Эмрис только весело рассмеялись, а новая рабыня, стоя на коленях и опустив голову, покорно подставилась под опеку Эллен.
Гореане, конечно, являются людьми. Их первоначальное появление на Горе связано с Путешествиями Приобретения, очевидно предпринятыми из соображений научных экспериментов или по причинам эстетического характера таинственными Царствующими Жрецами, кем бы они ни были. По крайней мере, так это преподносится во Втором Знании, часть которого была передана Эллен во время обучения, чтобы она имела хоть какое-то представление об окружающем мире, минимально достаточное для рабыни. Цель этого краткого отступления состоит в том, чтобы просто сообщить читателю, что нет никаких причин полагать, будто бы имеются какие-либо отличия между гореанками и землянками в плане сексуального возбуждения и реакций. Наша общая физиология диктует способность к этому, а все остальные различия связаны с культурой и окружающей средой. Можно не сомневаться, что средняя гореанская женщина растет в культуре намного более открытой и свободной, намного более чувствительной к сексуальности. Если бы земному мужчине случилось повстречаться с гореанской женщиной, он несомненно был бы чрезвычайно обрадован ее интересом и желанием к частому и глубокому сексуальному опыту. Зато повстречай гореанин земную женщиной в ее собственной среде, он, скорее всего, был бы крайне озадачен ее инертностью и фригидностью, ее запретами, обусловленными культурой, оговорками, неприятием и прочими свойственными ей особенностями. Фактически, он, по-видимому, расценил бы ее как неполноценную или безумную.
Правда, возможно, в качестве эксперимента, положив ее на живот у своих ног, на то место, где ей и надлежит быть, гореанин мог бы обнаружить, что она, с ужасом и благодарностью целующая его ноги, фактически осталась женщиной, настоящей женщиной, с потребностями настоящей женщины, с желаниями и рефлексами совершенно отличающимся от того, что он первоначально в ней увидел, Будем надеяться, что он смилостивившись над ней, решит перенести ее на Гор, поскольку после этого она сама уже не смогла бы остаться прежней, и томиться и страдать на Земле, неудовлетворенной, мучимой воспоминаниями, сокрушенной одиночеством, с болью в сердце, вспоминая то, что больше никогда не будет ее.
Верно, однако, и то, что земные женщины, доставленные на Гор в качестве рабынь, нетерпеливо и радостно, расцветают сексуально. На Горе они свободны быть женщинами, в чем им до настоящего времени отказывали. Им было приказано отрицать и скрывать то, что они женщины. А ведь они в большинстве своем всегда хотели быть женщинами, теми, кем они всегда оставались в своих сердцах. На Горе они обнаруживают, что они намного свободнее и счастливее, даже будучи заклейменным движимым имуществом, чем они были будучи предположительно свободными женщинами на Земле. В своих ошейниках, стоя на коленях перед мужчинами, они находят свое освобождение и свободу как женщины. Им больше не приходится голодать в сексуальной пустыне. Они так стремятся услужить настоящим мужчинам, о существовании которых многие из них даже подумать боялись, пока их не перенесли на Гор. И эти мужчины, столь отличаются от общей массы запуганных, обработанных пропагандой, сексуально неполноценных мужчин, к которым они привыкли на Земле, что оказавшись на рынке, они производят впечатление беспомощных, готовых, аппетитных, послушных, раболепных, нетерпеливых шлюх, самых низких женщин, горячих в своих ошейниках. Именно такая репутация закрепилась за землянками на Горе. Фактически, если откинуть отговорки, гореанские рабыня просто расценивают варварок в качестве опасных и ненавистных соперниц. Их приводит в ярость тот интерес, который проявляют к землянкам некоторые гореанские мужчины. А с другой стороны сами мужчины, эти монстры, забавляются и наслаждаются тем, что позволяют своим рабыням конкурировать друг с другом, чтобы каждая старалась превзойти другую, чтобы каждая пыталась искать способы, которыми она сможет доставить господину больше удовольствия.