— Вот взгляни, — сказал отец. — Видишь эти крошечные кусочки металла в зубах? Не у всех варварок они есть, но у многих.
— А для чего они? — полюбопытствовал сын.
— Понятия не имею, — пожал плечами мужчина. — Может это еще один способ отмечать рабынь. Может, служит для идентификации.
— Думаю, — встрял в их беседу Тарго, который держался поблизости, лишь отошел к стене, видимо, не теряя надежды, — это скорее связано с церемонией половой зрелости. Какой-нибудь примитивный обряд, вроде нанесения шрамов на лицо у Народов Фургонов.
— Интересная версия, — признал мужчина. — А может быть, и то, и другом.
— Возможно, — не стал спорить Тарго, разумно оставив логику, сочтя ее социально нецелесообразной.
В конце концов, зачем ему было отталкивать потенциального клиента.
Эллен показался странным тот факт, что никто даже не подумал о том, чтобы спросить ее саму об этих вопросах. Безусловно, многие из гореан полагают, что рабыням доверять не стоит. Они уверены, что рабыни, в целом, существа хитрые и мелочные, соответственно, для рабовладельца будет разумно быть готовым к их уловкам, хитростям и лести. Так что и рабыням следует быть готовым к тому, что их будут держать под неусыпным контролем и подвергать самым строгим наказаниям. В любом случае взыскания ожидающие рабыни за ложь крайне серьезны.
— И наконец, — сказал мужчина, — они невежественны. Какой месяц следует за месяцем Хесиус?
— Я не знаю, Господин, — ответила Эллен, понятия не имевшая о гореанском календаре.
Стоит еще отметить, что хронология может отличаться от города к городу. Что интересно, торговцы имеют свой календарь, во избежание путаницы с исполнением контрактов, дат доставки, погашения кредитных писем и так далее. Во многих городах северного полушария, наряду с их собственным летоисчислением, используют хронологию Ара. Можно предположить, что города южного полушария, также могут сочетать свою хронологию, но уже с календарем Турии, самым большим городом на юге.
— Любой должен знать это, — сказал парень.
— Ну вот, а эта маленькая самка урта не знает, — усмехнулся его отец. — Так что, всегда можно найти что-нибудь очевидное, простое, что мы будем знать, а эти варварки — нет. Таким образом, мы может использовать допрос в качестве средства выявления варварки.
— Понятно, — кивнул подросток. — Спасибо, пап.
— Так что не позволяй себя одурачить на рынке, — строго сказал ему отец. — Не позволяй недобросовестному торговцу сбыть тебе варварку.
— Я все понял, пап, — заверил его сын.
— Это было бы немыслимо, — делано возмутился Тарго.
— Спасибо за использование вашей рабыни, сэр, — поблагодарил его отец.
— Не за что, — ответил торговец. — Возможно теперь, когда Вы ознакомились с ней поближе, Вы захотите подумать о покупке этой прекрасной безделушки для Вашего сына. Симпатичная штучка. Возможно, она станет неплохой первой рабыней для него. Торг уместен. Могу предоставить вам на нее превосходную скидку.
— Она — варварка, — поморщился мужчина, отвернулся и вместе с сыном спустился с полки, и растворился в толпе.
То, что сделка сорвалась, не было виной Эллен, по крайней мере, она так не считала, но вот Тарго это вывело из себя.
— Ты должна была работать и с отцом, и с сыном, — набросился на нее он. — Для отцов характерно покупать в подарок своим сыновьям то, что они хотели бы иметь сами, или, думают, что хотели бы. Соответственно, Ты должна была соблазнять отца, тонко и незаметно, разумеется. Это только в теории он интересуется тобой для своего сына. Во-вторых, Ты должна была немного поеживаться, глядя на парня, трогательно, намекая на потребности, умоляюще, предлагая себя ему, обещая на бесспорные радости рабыни, когда отец отводил взгляд, конечно. Тому парню было лет восемнадцать — девятнадцать, он уже достаточно взрослый, чтобы заметить, что твои формы интересны, и, конечно, достаточно зрелый, чтобы реагировать на них, правильным образом продемонстрированные. Несомненно, он был достаточно взрослым для того, чтобы от такой смазливой малышки рабыни как Ты, у него закипела кровь.
— Простите меня, Господин, — попросила Эллен.
— Ты проводишь больше времени, прося прощение, чем Вы делаешь хоть что-то полезное, — проворчал Тарго.
— Простите меня, Господин, — повторила рабыня, тут же пожалев о вылетевших словах.
Конечно, простой ответ: «Да, Господин», был бы более разумным в такой ситуации.
— Барзак! — возмущенно закричал толстяк.
— Не бейте меня, Господин! — взмолилась она.
— Ты проведешь остаток дня на спине, — объявил он, — прикованная между двух колец.