— Господин! — простонала Эллен.
— Барзак! — снова рявкнул Тарго.
— Ой! — вскрикнула Эллен, несколькими мгновениями спустя, когда раздраженный Барзак схватил ее за лодыжки и рывком подтянул ближе к кольцу, к которому крепилась ей цепь.
Мужчина защелкнул браслет кандалов на ее левой лодыжке сразу под тяжелым кольцом, а второй браслет, на короткой около шести дюймов, цепи он просунул сквозь вмурованное в полку кольцо и закрепил на правой щиколотке девушки. Эллен, сидя на грубой поверхности полки, с тревогой уставилась на свои тонкие лодыжки, прикованные короткой цепью к кольцу. Затем Барзак взял ее за руки и, потянув за них вверх и назад, опрокинул девушку на спину. Ее запястья, удерживаемые левой рукой Барзака, оказались рядом с кольцом слева, к которому была прикована новая девушка, Джилл. Не выпуская рук Эллен, мужчина проделал с ними ту же процедуру, что и с ее ногами. Пара мгновений, и она уже лежала на спине, растянутая между двух колец. Конечно, она могла перевернуться на живот или лечь на бок, но возникавшее при этом натяжение, вынуждало ее оставаться лежать на спине, просто потому, что это было самым естественным и удобным для нее положением.
Барзак, опустился рядом с ней на колени, и с раздражением глядя на нее сверху вниз, буркнул:
— Ты — источник беспокойства.
Не говоря больше ни слова, он, походя, дотронулся до нее. Эллен вскрикнула, не веря случившемуся. Барзак пристально смотрел на нее.
— Нет! — простонала девушка. — Не надо!
На сей раз мужчина потрогал ее с большим любопытством. Эллен дернулась, лязгнув цепью.
Она попыталась отстраниться, с ужасом глядя на него.
— Пожалуйста, не надо, не делайте этого, Господин! — закричала Эллен. — О-ой!
— Ты — источник беспокойства, я прав? — спросил седой.
— Да, Господин! — простонала она. — Простите меня, Господин! Нет! Пожалуйста! Не делайте этого, Господин! Ой! О-о-ох!
— Но Ты не должна быть источником беспокойства, не так ли?
— Нет, Господин!
— И Ты постараешься, доставлять меньше беспокойства, не так ли? — поинтересовался мужчина.
— Да, Господин! Да, Господи-ин! Пожалуйста, не надо, Господин! Не-ет! Не-е-ет! Не делайте этого, пожалуйста-а-а, Господи-ин! О-оу! О-о-охх!
— Ну, что ж, у тебя будет возможность, — заметил он, встал и покинул полку.
Эллен в страдании и тревоге смотрела ему вслед. Она могла немного подогнуть колени, да и ее локти имели некоторую степень свободы. В общем, то положение, в котором она лежала, нельзя было назвать жестоким, тем не менее, Барзак, несомненно, намеренно, не дал ей особого простора. Как это и делается в большинстве способов заковывания в цепи. В данном случае, правда, к пониманию этого она пришла позже, ей была позволена достаточная степень свободы для того, чтобы извиваться и дергаться, но недостаточно, чтобы защититься.
Кроме того, при этом способе, лежа на спине, на полке, в ярде над уровнем мостовой, была красиво выставлена фигура рабыни.
Лежа на спине с запрокинутыми над головой руками, немного подогнув колени прикованная цепями к полке, Эллен терзалась своими собственными мыслями и чувствами. Что произошло? Что это были за странные ощущения? Что она испытала? Она была взбудоражена. Были ли это рабские ощущения? Такими ли они могли бы быть? Конечно, нет! Но тогда какими? Конечно, она не любила Барзака. Неужели кто угодно, любой мужчина, звероподобный, крупный и жестокий монстр мог сделать с ней это? Что произошло с ней, куда делась ее гордость и достоинство? Конечно же, она не могла стать одной из тех никчемных женщин, которые ничего не могли поделать с собой, из-за своих сексуальных потребностей. Одно дело встать на колени к ногам того, кого любишь, и совсем другое, становиться на колени перед любым мужчиной, стонать от охватившей нужды и выпрашивать его ласку. Конечно же, она не может унизиться до этого! Только не она! Ей вспомнились некоторые девушки из дома, часто жалобно скулившие и стонавшие лежа в своих конурах, в клетках или в пеналах. Но с какой благодарностью и радостью они кричали, когда какой-нибудь охранник проявлял к ним жалость. Как ужасно быть такой, думала Эллен, как ужасно быть такой сексуально активной, такой энергичной, такой озабоченной.
Открыв глаза, она увидела, что рядом с ней стоит Тарго, разглядывая ее с высоты своего роста.
— Господин? — спросила Эллен.
— Барзак мне сказал, что Ты можешь и не быть холодной маленькой штучкой, как мы тут думали, — сказал Тарго.
— Я не понимаю, Господин, — испуганно пролепетала девушка.
— И что тебя можно разбудить, — добавил он.