— Служба Косу сама по себе достаточная награда, — наконец буркнул парень постарше.
— Подождите парни, — усмехнулся мужчина. — Мы ведь понимаем, что могут найтись и другие, менее честные, менее благородные и не столь верные империи как вы, а потому мы не хотели бы, чтобы у них были причины не возвращать потерянное имущество, вроде этого, его законным владельцам.
— Господин? — спросил старший из мальчишек, и в голосе его послышалась надежда.
— Девка, — обратился маршал к Эллен.
— Да, Господин? — испуганно отозвалась та.
— Тебе давали рабское вино? — поинтересовался он.
— Да, Господин, — ответила девушка.
— Обойди палатку слева, — приказал он. — Увидишь там козлы. Наклонись над ними и жди.
— Да, Господин, — всхлипнула Эллен.
— Вы пользовались рабыней? — строго спросил мальчишек косианец.
— Нет, Господин, — заверил его старший.
— Нет, Господин! — вторил ему второй.
— Она — собственность Коса, — напомнил мужчине первый.
— Я пойду в палатку, поищу для вас несколько монет, — сказал им маршал. — А вы тем временем примите благодарность Коса и воспользуйтесь его гостеприимством.
— Да здравствует Кос! — воскликнул парень постарше.
— Да здравствует Кос! — поддержал его младший товарищ.
— Там на козлах вы найдете шнуры, — сказал им офицер. — Свяжите ей левое запястье с левой лодыжкой, а правое с правой.
Маршал подошел к рабыне, стоящей перегнувшись через козлы, немного позже. Эллен, запястья которой были привязаны к лодыжкам, всхлипывала, чувствуя себя смущенной и совершенно беспомощной.
— Так значит, твоим хозяином был Порт Каньо из Ара? — уточнил он.
— Да, Господин, — подтвердила девушка.
Довольно трудно вести беседу, особенно пытаться при этом сохранить хоть какое-то достоинство, когда ты закреплена в подобной позе. Эллен предположила, что офицер прочитал ее ошейник, в тот момент, когда осматривал косианский жетон, прикрепленный к нему. Рабыня задумалась, не слышал ли он прежде имя Порта Каньо из Ара. То как он это произнес, наталкивало на мысль, что оно могло быть ему знакомо.
— Что не так, маленькая вуло? — поинтересовался мужчина.
— Ничего, Господин, — всхлипнула Эллен.
— Ты можешь говорить, — намекнул офицер.
— Вы отдали меня мальчишкам, Господин! — заплакала она. — Вы отдали меня мальчишкам!
— А Ты возражаешь? — спросил маршал.
— Нет, Господин! — быстро ответила рабыня.
— Похоже, они хорошие парни, — заметил он.
— Да, Господин, — не стала спорить Эллен. — Но разве я не слишком стара для них? Разве не было бы более подходяще отправить меня к взрослым мужчинам, Господин? Разве я не больше подхожу для мужчин, Господин?
— Ты подходишь для того, кого выберут рабовладельцы, — заметил офицер. — Но то, что Ты для мужчин — это верно. Ты — тот тип женщины, которая, очевидно и соответственно принадлежит мужчинам.
— Да, Господин! — согласилась она. — Но я не была удовлетворена.
— А кого заботит, удовлетворена ли рабыня? — усмехнулся мужчина.
— Они слишком быстро закончили со мной, Господин! — пожаловалась Эллен.
— Я буду еще быстрее, — предупредил он ее.
— Господин? — переспросила рабыня.
— А я пока не хочу твоего удовлетворения, — пояснил косианец. — Думаю, что будет лучше, если Ты немного попотеешь и несколько дней погреешь свои цепи. Подозреваю, что через день — два, Ты будешь кричать о мужчине. Ты выглядишь именно такой рабыней.
— Пожалуйста, Господин, пощадите, — взмолилась Эллен.
— Уверен, что отчаянно нуждаясь во владельце, Ты еще отчаяннее захочешь, чтобы тебя поскорее выставили на рынке. И разве после этого Ты не сможешь выступить жалостнее и лучше продемонстрировать свои потребности?
У Эллен вырвался горестный стон.
— Сегодня я пошлю за кузнецом, — сказал он, — и мы избавим твою шейку от этого ошейника и жетона. А позже, мы проконтролируем, что Ты посажена на цепь. Утром, перед выходом, тебя разместят в караване.
— В караване, Господин? — в ужасе всхлипнула Эллен и вдруг почувствовала, как его руки сдавили ее тело, удерживая на месте. — Ой! О-о-ох!
Он действительно очень быстро закончил с ней, не дав облегчения, а только добавив страдания.
Когда маршал отвернулся, она не выдержала и окликнула его:
— Господин, я могу говорить?
— Чего тебе? — спросил он.
— Вы ведь вознаградили мальчишек за то, что они доставили меня сюда, не так ли? — поинтересовалась рабыня.