— Вино! — неожиданно прозвучал женский голос.
Женщина, одетая в одежды сокрытия, сидела на табурете около одного из костров. Свет вспыхивал на ожерельях, отражался искрами от драгоценных камней, вшитых в ее одежды и вуаль.
Тело сидящей женщины казалось жестким и суровым. Что-то мелькало в выражении ее глаз, предлагавшее неодобрение, гнев, враждебность и зависть. Свободные женщины ненавидят рабынь. Они всячески стараются заставить их стыдиться своей женственности, статуса, красоты и страсти.
Эллен, встав справа от нее, приготовилась налить вино в кубок свободной женщины.
— Разве Ты не знаешь, девка, что тебе следует вставать на колени перед свободным человеком? — осведомилась свободная женщина.
Эллен быстро опустилась на колени перед женщиной, которая, не спеша протянуть ей свой кубок, в течение некоторого времени внимательно осмотрела Эллен. Казалось, из глаз, смотревших на девушку поверх вуали, струился презрительный холод.
— Ты голая, — констатировала женщина.
— Да, Госпожа, — отозвалась Эллен.
— Насколько вы рабыни никчемны и презренны, — заявила она.
— Да, Госпожа, — поспешила согласиться с ней Эллен.
«Однако, — подумала девушка про себя, — кажется, что мужчинам мы нравимся гораздо больше, чем Вы, гордая свободная женщина, под всеми своими одеждами и вуалями, столь же обнаженная как и я!»
— Ты юна, — заметила женщина.
— Да, Госпожа, — вынуждена была согласиться Эллен.
— Ты знакома с обязанностями рабыни служащей женщине? — поинтересовалась она.
— Нет, Госпожа, — ответила рабыня.
— Но тебя ведь этому можно обучить, — сказала свободная женщина.
— Да, Госпожа, — не стала отрицать Эллен.
— «117», — прочитала женщина, наклонившись ниже, номер на груди Эллен. — Что ж, возможно, я предложу за тебя цену. Хотела бы Ты быть рабыней служащей женщине?
— Пожелания и хотения рабыни, Госпожа, — сказал Эллен, — не имеют никакого значения.
— А Ты — умная маленькая шлюха, — усмехнулась она.
Эллен опустила голову.
Наконец, свободная женщина протянула ей свой маленький кубок, рабыня с облегчением, наполнила его.
— Я вижу, что Ты больше подходишь для мужчин, — заметила она и, не дождавшись ответа рабыни, добавила, — Не сомневаюсь, что они находят тебя интересной.
— Некоторые, как мне кажется, Госпожа, — не стала отрицать Эллен.
— Интересно почему.
— Я не знаю, Госпожа, — опустив взгляд, сказала Эллен.
В конце концов, женщина, действительно, могла ничего не знать об эволюции, и о том, что природа создала, таких как они, и рабынь, и свободных женщин, для объятий, поцелуев, служения и удовольствий мужчин.
— Что интересного они могут найти в такой как Ты?
— Я не знаю, Госпожа, — пожала плечами девушка.
Могла ли она быть настолько неосведомленной относительно того, что мы сотворены в ответ на тысячи потребностей, в бесчисленных захватах и спариваниях именно для того, чтобы стоять на коленях и доставлять удовольствие?
— Ты, конечно, рабыня?
— Да, Госпожа, — признала Эллен.
— И им, это кажется, нравится, — бросила она.
— Да, Госпожа, — кивнула девушка.
— Я презираю рабынь, — прошипела свободная женщина.
— Да, Госпожа.
— А Ты красива, — заметила она, окидывая Эллен оценивающим взглядом.
— Спасибо, Госпожа, — поблагодарила девушка. — Но я уверена, что Госпожа намного красивее.
— Конечно, — гордо вскинула голову женщина, — но моя красота — это не имеющая себе равных красота свободной женщины, с которой красота рабыни не может даже начать сравниваться, рядом с которой красота рабыни — ничто.
— Да, Госпожа, — не стала спорить Эллен.
— Ты — не больше, чем таста, бессмысленное конфетка! — заявила она, с внезапной злостью.
— Да, Госпожа, — отпрянула от нее рабыня.
— Плетелизалка и сандалеприносилка для животных, рабская скотина и предмет для удовольствия похотливых самцов!
— Да, Госпожа.
— Вот мне и интересно, что они могут увидеть в такой как Ты?
— Не знаю, Госпожа.
Могла ли эта женщина быть по-настоящему искренней? Могла ли она не знать, какой эффект оказывает рабыня на кровь мужчины? Разве она не видела, какими взглядами мужчины провожают их на улицах? Она что ничего не знала о рынках, об аукционах, выслеживании красавиц и охоте на них, о набегах и войнах, о тех усилиях, которые прилагают мужчины, чтобы привести таких женщин как Эллен, да и сама свободная женщина тоже, в свои ошейники и цепи?