— Никого другого не обязали так поступать, — заметил парень.
По толпе прокатились смешки.
— У меня есть предложение в двадцать серебряных тарсков, — напомнил аукционист, — и я готов сжать кулак!
— Эй, подождите! — воскликнул мужчина, стоявший неподалеку от сцены, указывая на неброско одетого товарища, который поднял руку над головой.
В руке поблескивала большая монета. Поднятая высоко вверх, она, казалось, кричала о своем весе и власти. Яркий отблеск мерцающего света факела долетал даже до сцены.
— Вот теперь мы и посмотрим, насколько она подлинная! — крикнул Мир.
Аукционист махнул рукой в сторону лестницы, ведшей на сцену, и один из его помощников поспешил сквозь толпу и ряды лавок. Добравшись до места, он взял монету и прикусил ее.
— Настоящая, — сообщил он, но тут же поправился, — выглядит настоящей.
— Пусть ее проверят, как следует за столом сделок и взвесят, — предложил неброско одетый мужчина.
— И сколько глоток Ты перерезал за нее? — ядовито поинтересовался Мир у своего конкурента.
— Ни одной, по крайней мере, пока, — ответил тот.
— Один и один! — выкрикнул Мир, подразумевая предложение цены в один золотой тарн и один серебряный тарск.
Все голоса в толпе мгновенно стихли. Все глаза обратились к бедно одетому парню.
— Пять, — спокойно сказал он и уточнил: — пять золотых тарнов, полного веса каждый, все отчеканены на монетном дворе Убара Коса в Джаде.
Эллен задрожала как лист на ветру. Она была в ужасе. Где мог этот бедно одетый человек, получить такое богатство?
Девушка изо всех сил пыталась удержать позу. Ей страшно не хотелось быть наказанной плетью рабыней. Только не перед Миром и не перед тем другим! Она упорно сопротивлялась черноте, которая, казалось, смыкалась вокруг нее. Но затем, Эллен заставила себя не только сопротивляться, но и постараться вернуть полный контроль над своим растревоженным сознанием. Так или иначе, но ей удалось удержаться в позе. Она моргала против бившего в глаза света факела. Ей казалось, что она чувствовала каждую частичку опилок, на которых она стояла на коленях. Эллен была охвачена страхом. Конечно, он должен быть в розыске, конечно, стражники в любой момент могли появиться в толпе и арестовать его. Конечно, он должен бежать отсюда со всех ног, унося свое состояние, каким бы путем оно у него не оказалось. И как он только осмелился показать такое богатство здесь, в этом месте, будучи без охраны, без вооруженных мужчин, готовых в любое мгновение прикрыть и защитить его? Наверняка, в лагере, таком как этот, при всей его открытости и столпотворении, могли присутствовать воры, разбойники, грабители и убийцы, знавшие толк в разнообразных хищных и беспринципных ремеслах.
— Ну что ж, в таком случае, мы имеем предложение в пять тарнов, — заключил аукционист, — и я готов сжать кулак!
— Подождите! — воскликнул Мир. — Я не могу в данный момент предложить цену в реальной монете. В действительности, ни один нормальный человек не взял бы с собой такую сумму, без охраны и вне каравана! У меня просто нет при себе столько денег, но я могу дать расписку с гарантией на большую сумму!
Его слова были встречены взрывом дикого хохота прокатившегося по толпе и по рядам скамей.
— Я — Мир из дома Мира, из Ара! — заявил он.
— Ар — банкрот, — выкрикнул какой-то мужчина. — Он взят и разграблен. Это прибежище трусов, нищих и предателей! Он существует только с согласия Коса!
— Да здравствует Кос! — выкрикнули одновременно несколько человек в толпе, и их крик сразу поддержали многие другие.
— Последнее предложение — пять золотых тарнов, — повторил аукционист. — Кто-нибудь предложит больше? Кто больше?
— Вы не хотите принять мою расписку? — уточнил Мир.
— Сожалею, любезный сэр, — развел руками аукционист. — Но в этом лагере мы работаем только со звонкой монетой.
По рядам опять прокатилась волна смеха, на этот раз, кажется, еще более громкая.
— Долой Ар! — выкрикнул кто-то.
— Да здравствует Кос! — вторил ему другой.
Рука Мира, явно взбешенного неудачей, дернулась к левому боку и уже исчезла под одеждой, когда мужчина, стоявший рядом с ним, и в котором Эллен признала одного из тех, что были с ним в палатке, предостерегающе положил свою руку на его плечо. Мир раздраженно отдернул свою руку и, резко развернувшись, начал пробираться через толпу и ряды скамей прочь из этого места. Рядом с ним держались четверо мужчин, тот, который остановил его порыв и трое других, также виденных Эллен в палатке. У нее были веские причины бояться этих мужчин до слабости в животе. Уходя, они то и дело оборачивались, кидая на сцену многообещающие взгляды. Были ли у них некие причины, хотеть, чтобы предложение Мира оказалось успешным?