— Господин! — попыталась протестовать рабыня.
— Ты не важна, — подтвердил представитель. — Ты просто сыграла свою роль.
Эллен застыла, пораженно уставившись на него.
— В каком смысле? — задал вопрос Мир.
— Ты же не думал, что мы преследовали этих варваров по этим степям, с целью просто избавиться от одной любопытной кейджэры, — усмехнулся представитель.
— Вы должны были помочь мне вернуть ее, — сказал Мир.
— Не будь наивным, — поморщился его начальник. — Она должна была привести нас к тарнстеру, который должен был знать о золоте. От нее можно было избавиться позже. Она слишком много видела.
Эллен сглотнула комок, вставший поперек горла, и заплакала, а представитель пристально посмотрел на Порта Каньо и сообщил ему:
— Мы хотим получить золото, тарнмейстер. У нас есть наши собственные цели, в которых оно может быть полезно.
— Я не сомневался в этом, — кивнул Порт Каньо. — Но ни один из нас, здесь присутствующих не знает, где его искать.
— Похоже, — заметил Селий Арконий, — что, как вы следовали за нами с такой целью, точно так же и с теми же мыслями в головах, за вами следили косианцы.
— Господа! — снова осмелилась вмешаться Эллен. — Даже если они прибыли не из-за меня, возможно, вы сможете, по крайней мере, договориться о перемирии, а затем использовать меня на ваших переговорах! Возможно, вы сможете заключить сделку, воспользовавшись мною! Попытайтесь выкупить свою безопасность за мой счет и, возможно, за счет тарлариона и фургона! Спасите себя.
— Уж не влюбилась ли Ты в Терсия Майора? — осведомился Селий Арконий.
— Нет! — воскликнула девушка.
— Даже не мечтай, что тебе удастся так легко выскочить из моего ошейника, — предупредил тарнстер.
— Господин? — переспросила она.
— Ты позволяешь своим женщинам открывать рот без разрешения? — поинтересовался представитель, обращаясь к Селию Арконию.
— Пожалуйста, Господа! — заплакала Эллен. — Позвольте мне говорить!
— Разведи колени, — бросил ее хозяин.
Эллен немедленно выполнила требуемое.
— Пожалуйста, Господа! — сделала еще одну попытку рабыня, но добилась лишь его злого взгляда, и тогда она попросила: — Развяжите мне руки. Снимите веревку с моей шеи! Позвольте мне бежать! Возможно, они отвлекутся на меня и Вы сможете ускользнуть!
Но Селий Арконий не обращал на нее никакого внимания. Он даже не смотрел в ее сторону, пристально вглядываясь в окружающую их степь.
— Мои ноги не связаны, — не отставала Эллен. — Позвольте мне бежать в том виде, как я есть!
— Чтобы Ты прибежала прямо в руки косианских слинов? — усмехнулся Фел Дорон. — А вот у них твои ноги действительно окажутся связаны. Тебя просто оставят в траве, ждать, когда о тебе вспомнят.
— Если вообще вспомнят, — добавил один из товарищей Порта.
— А, если не вспомнят, — продолжил его мысль другой, — то Ты будешь лежать в траве, беспомощная в своих веревках, зная, что через три дня Ты умрешь от жажды, и взывать о помощи, вот только вокруг не будет никого, кто мог бы тебя услышать.
— Нет, — сказал третий, — ее съест дикий слин. Я видел их следы.
— Не думаю, что о ней могли бы забыть, — проворчал Порт Каньо.
— А в конце, — засмеялся Фел Дорон, — Ты узнаешь, каково быть рабыней, которую они используют для разнообразных удовольствий и услуг.
— Да, Господин, — прошептала Эллен.
— Если Ты попробуешь сбежать, — предупредил Селий Арконий, — то, как только тебя поймают, кому бы Ты при этом ни досталась, мне или кому-то другому, тебя будут рассматривать, как беглянку, и подвергнут наказаниям, обычно предусмотренным для беглой девки.
— Лично я не думаю, что я решился бы бегать, когда в паре шагов отдыхают два слина, — намекнул Порт Каньо.
Эллен вздрогнула. Она знала, что такое поведение могло возбудить слина, активировав его охотничьи реакции.
— На всякий случай привяжите поводок шлюхи к фургону, — раздраженно попросил Селий Арконий.
Эллен сквозь слезы посмотрела на Селия Аркония. Как он, оказывается, ненавидел ее!
Фел Дорон, не поднимая Эллен с колен, затащил ее под левый задний угол фургона, а затем привязал поводок к оси задних колес и оставил ее там, несчастную, связанную, и не имеющую возможности покинуть это место. Она — рабыня, и соответственно с ней можно было сделать все, что мужчины желали.
— Тарны начали набор высоты, — констатировал Порт Каньо.
— Пешие косианцы должны быть где-то совсем рядом, — заключил Фел Дорон.