— Это Венна, — пояснил ее хозяин. — От Венны до Ара всего лишь два дня пути на юг. В действительности, многие граждане Ара держат виллы в окрестностях Венны, и развлекаются там, на тарларионовых бегах.
— Мы выйдем на дорогу, после того как пройдет караван, Господин? — полюбопытствовала Эллен.
— Скорее всего, завтра утром, на рассвете, — ответил Селий Арконий. — Сейчас уже слишком жарко. Порт Каньо и Фел Дорон уже распрягают тарлариона и разбивают лагерь.
— Я постою здесь еще немного и посмотрю, — сказала рабыня.
Селий Арконий молча повернулся и ушел назад, скрывшись за деревьями.
Эллен предположила, что ей все же стоило бы спросить разрешения остаться у дороги, но тут же выбросила эту мысль из головы. Она была уверена, что немного напористости с ее стороны, если таковая вообще была, ей не повредит. К тому же, она была не слишком довольна Селием Арконием из-за того, что во время их движения через степи он не уделял ей особого внимания, особенно она негодовала из-за того, что он не использовал ее как рабыню, как было бы подходяще для нее, и чего она, рабыня, откровенно жаждала. Фактически, некоторые из ее более ранних чувств и некой двусмысленности отношения к нему, начали находить свое подтверждение.
«Я полагаю, что должна ненавидеть его, — думала Эллен, — все же я — женщина Земли, а он надел на меня ошейник. Но почему-то я этого не делаю. Скорее наоборот. Я люблю его и люблю его всем сердцем. И я хочу любить его так глубоко, как только способна любить рабыня. Но я боюсь, что он — слабак».
Честно говоря, иногда поутру будучи раздраженной, после того как ночью, лежа на своем месте у его бедра она выпрашивала его внимания и не получала просимого, Эллен, почти так же, как в то утро перед нападением животных, бросала ему вызов, требуя доказать, что он действительно был ее господином, или отдать ее другому, тому, кто будет настоящим владельцем рабыни, жившей внутри нее, тому, кто станет ее любовником. Пребывая в расстройстве, она пыталась уязвить его, своим мелким способом. Безусловно, Эллен ничуть не хотела бы принадлежать кому-то другому, хотя она была уверена, что другой окажется не столь понимающим, терпеливым, добрым, скучным, небрежным и тривиальным с нею как Селий Арконий, а скорее проследит решительно, твердо и строго, если потребуется, то и с плетью в руке, чтобы ему было предоставлено самое прекрасное и полное обслуживание на какое только способны рабыни.
Девушка простояла у дороги, пока не прошел караван. Одной из повозок был стандартный рабский фургон с решетками. Большинство женщин в нем припали к днищу, прячась за низким, не более фута высотой, бортом, стараясь, чтобы их не было видно. Эллен предположила, что это, скорее всего, были захваченные свободные женщины или новообращенные рабыни. На время перевозки в таком фургоне женщин обычно держат раздетыми. Конечно, Эллен видела их обнаженные плечи. Видимо, они еще не успели растерять свою застенчивость, или их сильно смущал сам факт того, что их могут видеть в такой ситуации, лишенных даже насмешки пояса и рабской полосы. Однако одна женщина стояла, причем одетая, или точнее, частично одетая, если можно считать одеждой остатки того, что, вероятно, когда-то было предметами нательного белья, которые носят под тяжелыми одеждами сокрытия. Она обеими руками вцепилась в прутья решетки и в страдании и ужасе выглядывала наружу. Уж не думала ли она, что может найти помощь или спасение, вызвать жалость к себе, находясь за этими узкими, часто поставленными прутьями? Может она не поняла, что оказалась в рабском фургоне? Или она забыла, что живет на Горе? Неужели она не знала, что за мужчины окружали ее здесь? Эллен решила, что, скорее всего, эта женщина вызвала недовольство, и ей разрешили на какое-то время сохранить некое подобие одежды, чтобы передать право его удаления в руки похитителей или владельцев, чтобы этот момент стал для нее более значимым и шокирующим. Ее ноги, видимые из-под подола, прекрасно выглядели, как и ее обнаженное левое плечо. Можно было не сомневаться, что она скоро окажется в ошейнике. Вскоре мимо Эллен проехал последний фургон, за которым следовали охранники верхом на кайилах с пиками в руках. Еще несколько более мелких повозок, некоторые из которых тянулись вручную, спешили за главной колонной. Несомненно, эти путники не имели никакого отношения к каравану, а просто надеялись на его защиту в случае нападения разбойников.
Эллен предположила, что отсутствовала слишком долго, но не уделила этому вопросу особого внимания. Она даже улыбнулась про себе. К настоящему времени основные работы по благоустройству лагеря были уже завершены.