Хоть в чем-то ей повезло: отец обнаружился рядом со своим бизнес-центром, не пришлось подниматься в офис.
– Отец, где моя собака? – сходу потребовала объяснений Дина.
– Дина, что ты тут забыла? – недовольно отозвался отец, оглядываясь на мужчин, стоящих рядом.
– Прасковья Иванна сказала, что ты увез Тишку! Кто тебе дал такое право? Это моя собака!
– Если бы твоя собака осталась дома, у нас был бы труп в виде твоей матери, – тихо и злобно ответил отец, глядя в сторону.
– А пусть катится, откуда появилась!
– Дин, нельзя так о матери!
– Она давно забыла, что она чья-то мать! – горячилась Дина и нисколько не шутила. Если и был сейчас человек, который ненавистен был Дине больше всех, так это собственная мать.
– Дина, она сказала, что это ты попросила ее вернуться домой! – вдруг сказал отец с досадой.
– Что?...
– Я тоже не поверил сначала, а потом подумал, вдруг я ошибаюсь, и ты действительно хочешь ее видеть снова.
– А ты сам-то хочешь? – злобно вопросила Дина.
– Я обязан в первую очередь думать о тебе, ты ведь моя дочь.
– Так вот я не хочу. Это все вранье. У нее, наверное, просто кредитку заблокировали. Где мой щенок? – настойчиво повторила вопрос Дина.
– Я увез его к хозяину, – спокойно ответил отец.
– К какому хозяину? Я – его хозяйка!
– К Новицкому, – вдруг сказал отец.
– К Стасу? – пораженно воскликнула Дина. – Но как ты узнал, где он живет?
– Позвонил, – лаконично ответил отец, недовольный тем, что вынужден объяснять элементарные вещи. Дина тут же вспомнила о визитке Стаса, которую сама же оставила дома в прихожей. И зачем... – К счастью, он не стал возражать и легко принял щенка.
Дина молча смотрела на отца. Она уже не понимала, что она тут делает. За нее все всё решили. Ее мнения никто не спросил.
– Как ты сказал? Обязан в первую очередь думать обо мне? Вы вообще обо мне не думаете! – с усмешкой сказала Дина. – Никто из вас! Все самые умные и знающие...
– Дина, иди домой, тебе надо успокоиться, – настоятельно сказал отец, не желая новых скандалов.
– Знаешь что, папочка? Если эта женщина снова переступит порог нашего дома, я никогда туда не вернусь! – запальчиво высказала Дина.
– Брось эти глупости, Дина!
– Ты услышал, надеюсь. Я не желаю видеть эту женщину! – повысила голос Дина. – У меня матери нет, слышишь? Моя мать умерла, когда узнала, что такое деньги... Да, именно тогда! А эта курица мне не мать!
– Дина, перестань!
– Пусть даже не появляется! – крикнула Дина и помчалась подальше от отца, который что-то еще кричал ей вдогонку.
***
– Ты не слишком поспешила? – осторожно поинтересовалась Надя у подруги.
Дина пришла к ней, растрепанная, в слезах, и просто молча упала в ее объятия.
– С чем я поспешила? – устало спросила Дина. – Мне иногда кажется, что я поспешила родиться на свет.
– Ну ладно тебе, это неправда. Кто бы тогда со мной дружил?
– Какая-нибудь другая Дина. У которой нет всех этих проблем.
– Ты не принимай никаких решений сейчас, на горячую голову. Нужно сначала успокоиться.
– Все советуют мне успокоиться, – пробурчала Дина. – А как успокоиться, если моя жизнь полетела под откос?
– Не все так плохо. Успокоиться нужно как раз для того, чтобы это понять, – улыбнулась Надя и вдруг протянула ей банку вареной сгущенки.
– О, любимая вкусняшка! – обрадовалась Дина. – Спасибо! А ты разве не должна быть на кафедре?
– Сегодня отпросилась, дел не было, – уклончиво ответила Надя. Дина рассеянно подумала, что Надя снова что-то недоговаривает, но сейчас ей не хотелось заострять на этом внимание.
– Понятно, значит, мне повезло. Хоть с чем-то! – вздохнула Дина.
– Чай, кофе? Потанцуем? – попыталась развеселить подругу Надя.
– Пива, водки лучше. И полежать, – невольно улыбнулась Дина. – Серьезно, прям выпить хочется.
– Правда, я не понимаю, почему ты так сурова со своей матерью, – решилась спросить Надя.
– Ох, Надя, если бы эта женщина была моей матерью... – отмахнулась Дина.
– Но она же мать, – настойчиво повторила Надя. – Самый родной твой человек.
– Надя, мои самые родные люди – это ты, отец и моя бабуля, потому что вы всегда были рядом со мной. Ну и, пожалуй, ещё Прасковья Ивановна, потому что она все-таки заботилась обо мне... А мать? Где она? – Дина глянула на Надю и развела руками. – Нет, матери давно нет рядом. Она была моей матерью, моим родным и близким человеком, когда я была детсадовским ребёнком, когда у нас не было денег, когда не было всех этих возможностей. А сейчас всё есть. Казалось бы, надо радоваться! Радоваться, что у нас всё есть, что отец начал зарабатывать, что мы так хорошо живём. А что она делает? О да, она радуется тому, что отец зарабатывает и что всё хорошо! Только она радуется без нас. Где-то там, далеко, за границей. С подружками, которых находит, с которыми хочет бизнес строить, потому что, видите ли, она устала от отцовских денег. Лицемерка! – презрительно закончила Дина.