Единственное, что могло ее хоть немного утешить – это, как ни странно, ее собственная рукопись. В своем прощальном сообщении Захаров принизил ее, чтобы лишить Надю уверенности. Хотя это было излишним, раз уж на ее ноутбуке рукописи уже давно не было. Но если он ее украл, издал под собственным именем... Значит, ее книга действительно хороша, черт побери! Если вынести за скобки все произошедшее, она доказала, что она настоящий писатель.
Как жаль... Как жаль, что ее это больше не интересует.
Больше ни одной строчки в жизни!
Она встала и прошлась по комнате, задумавшись, что еще ей нужно сделать. Может, куда-то сходить, кого-то увидеть? Университет. Ей нужно отчислиться. Надя не хотела идти туда. Захарова там больше не было, но зато были остальные. Была Мариам, которая уже сотни раз звонила ей. Странно, что не приходила, знает ведь адрес. Не решилась. Надя усмехнулась. И не надо. Ее уведомительного письма в универ будет достаточно: они все равно ее отчислят, когда она не явится ни на один экзамен сессии. А с письмом хотя бы ждать ее уже не будут.
Мама... Сильно ли она обидится на нее, когда узнает, что Надя сделала? Наверное, сильно. Надя всегда была рядом с матерью, в отличие от брата и отца. А теперь она решила ее покинуть. Возможно, навсегда. Сердце сдавило в тисках от этой мысли... Но Надя знала, что не изменит своего решения. Она и билет уже купила.
Смахнув с глаз слезы, Надя решительно стала одеваться. Взрослым ли был этот ее поступок? Не бегство ли это? Надя так не считала. Она воспринимала это, как окончание жизненного этапа. Чтобы начался новый, ей нужно уехать. Начать с чистого листа. Жаль, что для этого ей придется причинить кому-то боль. Но она не видела другого выхода для себя.
Главное, что отец успокоился. Суд отклонил его заявление, как и предсказывал отец Дины, и он притих. Надя снова ощутила гнев. Сейчас она уже понимала, какими жестокими бывают люди, они есть, от этого никуда не деться. Только почему же жизнь подсунула ей двоих подонков в виде самых близких за всю жизнь мужчин? Чему Надя должна была научиться? Перестать быть наивной, повзрослеть? Так просто? И такой сложный путь.
Уже на пороге Надя вдруг поняла, что еще рано выходить. До отправления поезда оставалось три с лишним часа, а ей ехать-то... Минут сорок. Чуть подумав, Надя стянула с себя ботинки, нашла листок с ручкой, уселась за стол на кухне и принялась сочинять матери прощальное письмо. Многословной быть не хотелось, с недавнего времени Надя ощущала почти физическую неприязнь к письму. Это была ее травма, и с ней тоже нужно будет работать. Но не сейчас. Она не готова.
Черкнув несколько строк, в которых она ровным счетом ничего не объясняла, Надя сложила лист пополам и положила на стол. Мама найдет ее письмо, когда вернется со смены. Может и Сергей найти. Но Надя не беспокоилась об этом. Болтливый братец, конечно же, в красках опишет ее отъезд. Скорее всего, отсебятины добавит, но это неважно. Может, если мама будет злиться на нее, ей тоже будет легче примириться с ее отъездом.
Надю несколько беспокоил тот факт, что история с долгом ее братца осталась нерешенной. Их никто не беспокоил, не названивал, не преследовал. Брат тоже лишь изредка звонил и больше не появлялся избитым. Нашел решение самостоятельно? Может, тоже хоть немного повзрослел? Или просто отыгрался? В таком случае недалек тот час, когда он снова по уши увязнет в долгах... И снова маме беспокоиться за сына и разбираться с его проблемами. Уже без Нади.
Она заглушила в себе мгновенно появившееся чувство вины. Она не должна нести ответственность за разгильдяйство своего брата, не должна! Мама тоже не должна, но она просто не сможет по-другому. Наде подумалось, что детей она заводить спешить не станет. А если вдруг и заведет, то будет воспитывать в них абсолютное неприятие азартных игр и обмана. Всего того, что так отравляло ей жизнь.