А теперь пора!
Надя рассеянно подумала о том, как же вовремя Дина решила к ней зайти. Не иначе как почувствовала что-то. Надя и не подумала бы с ней попрощаться. Решение уехать по-английски имело свое очарование для нее. Что ж, может ведь она позволить себе какие-то слабости?
Двумя часами позже она стояла на платформе рядом с поездом, любуясь закатом. Отправление через десять минут. Пока можно насладиться относительно свежим московским воздухом.
Надя не жалела о своем решении. Ничуть. Но ей было жаль маму, жаль дружбы с Диной, жаль своей украденной книги, брошенного университета, Мариам... Больше всего было жаль себя. Это слабость, Надя понимала. Но можно же ей хоть немного побыть слабой? У нее впереди долгий неизвестный путь, конца которому не видно даже в мыслях, и Надя подобным образом прощалась с той девчонкой, которой она до сих пор была. Наивной, доверчивой, влюбчивой. И слабой. Теперь она должна стать сильнее. Ради себя. Она уже прошла немалую часть этого пути, спасибо бывшему, но впереди дорога была еще длиннее. Все только начиналось.
Дикторский голос женщины в динамике оповестил о скором отправлении ее поезда. Надя окинула прощальным взглядом здание Казанского вокзала, высящегося перед ней и решительно зашла в вагон. Она не стала раскошеливаться на купе, рассудив, что и плацкарта ей хватит. Ехать недолго. А деньги ей понадобятся. Накоплений у нее совсем немного, иной человек, пожалуй, побоялся бы бросать все с такой небольшой суммой. Но Надя и здесь бросала себе вызов. Она выживет. Найдет себя. Найдет свое счастье, если оно в этом мире еще где-то осталось...
Глава 35
– Что ты на этот раз хочешь? – поинтересовался бариста, выжидательно глядя на Дину.
– Не знаю, – вяло ответила Дина. – Удиви меня.
– Удивить?
– Ну да, – подтвердила она и неожиданно для себя стала выговаривать все: – У меня в жизни столько всего произошло плохого и никакого, а хорошего ничего. Хоть кофе меня удивит в хорошем смысле, надеюсь.
Приятель какое-то время молча глядел на нее, а потом отошел к кофемашине. Дина вздохнула. Надо же. Есть человек, который способен порадовать ее без лишних нотаций. Пусть даже это будет всего лишь кофе.
– Угощайся! – поставил перед ней чашку бариста и выжидательно уставился на нее.
Дина несколько подивилась этому напору, но послушно отпила. О да! Кофе словно наполнил ее жизнью и энергией! Дина причмокнула и улыбнулась.
– Спасибо! Ты все угадал! – радостно сказала она. – А что ты такого туда добавил?
– Понравилось? – вместо ответа спросил приятель.
– Ну да!
– Ничего, – улыбнулся тот.
– Не поняла? – опешила Дина.
– В кофе ничего нет, – пояснил бариста. – Кроме самого кофе и молока чутка.
– Но почему тогда так вкусно? – с недоумением вопросила Дина.
– Потому что ты так захотела, – снова улыбнулся парень и склонился ближе к Дине. – Не нужны тебе секретные ингредиенты, ты сама – самый лучший ингредиент для своей жизни.
– Что это ты такой умный вдруг? – с подозрением спросила Дина.
– Учусь на психфаке, – довольно сложил руки на груди бариста. – Я буду нейропсихологом.
– Ух ты, – поразилась она. – А почему ты раньше не говорил?
– Ты не спрашивала.
– Эксперименты на мне ставил, признайся! – засмеялась Дина.
Парень только улыбнулся и отошел к новому посетителю. Дина наблюдала за его работой, положив голову на руки, и размышляла. «Ты сама – самый лучший ингредиент», так он сказал. И что это значит? Что ей просто нужно себя слушать, а не других? Или что к ней, как и к этому кофе, не нужно ничего добавлять, чтобы просто осознать и почувствовать себя лучше?
***
Дина сидела в офисе за столом, перебирая бумаги по поручению Славы, когда раздался этот роковой звонок. Потом Дина не раз вспоминала, как у нее тело покрылось мурашками по неясной на тот момент причине. Еще не ответив, она уже чувствовала: что-то случилось. Звонила Александра Сергеевна, мама Нади.
– Дина? Диночка, это ты? – с ноткой истерики в голосе вопрошала женщина.
– Да, Александра Сергеевна, здравствуйте! – торопливо ответила Дина.
– Да, здравствуй, Диночка, скажи, Надя случайно не у тебя?
– Она не может быть у меня, я сейчас на работе, – несколько растерянно ответила Дина.
– Да что же это... Дина, она пропала! Я нигде не могу ее отыскать! Она оставила мне письмо, но это какой-то бред, я не понимаю ничего! – мама Нади уже не сдерживала слез.
– Подождите, Александра Сергеевна, я сейчас к вам приеду! – торопливо проговорила Дина.
Не слушая дальнейшие причитания женщины, Дина отключилась и помчалась в кабинет к отцу. Тот, к счастью, никого не принимал. Однако повторное беспардонное нарушение Диной субординации заставило его досадовать.