Надя со вздохом и неохотой стала спускаться обратно к большому переходу между этажами, где она разговаривала с преподавателем. Осторожно выглянув из-за угла, она с сожалением отметила, что Дмитрий Романович все еще стоит там. Ее сумка была у него в руках. Вот блин! Он знал, что ей придется вернуться за сумкой. Вернуться позорно, униженной... Но делать нечего. Надя пожалела только, что не выпила еще для храбрости.
Он молча наблюдал, как она подходит к нему. Надя посмотрела на него, опустила глаза к полу и, ничего не говоря, протянула руку за сумкой. Какое-то время Дима просто смотрел на нее, а потом вздохнул и, схватив за руку, вдруг притянул ее к себе. Надя в шоке стояла, глядя в его непроницаемые глаза, которые были в каких-то сантиметрах от ее лица. Дима тоже разглядывал ее со странным выражением на лице, а после обхватил рукой ее шею и приник к ее губам. Надя была растеряна и не верила, что это происходит на самом деле. Но выпитое пиво дало о себе знать самым коварным образом. Пока разумом Надя не понимала, что делать, ее тело, окрыленное градусом и желанием, уже вовсю действовало: она прижалась к Захарову, обвила руками его шею и с жаром отвечала на его поцелуи. Он же обнимал ее и с некоторой грубостью безмолвно заставлял ему подчиниться.
У Димы были такие нежные губы... И как же классно он целовался, господи... Надя наслаждалась этими потрясающими ощущениями, настоящим французским поцелуем с человеком, которого она так сильно любила. Сколько времени прошло? Минута? Две? День? Вечность? Пусть это даже никогда не повторится, эти мгновения все равно останутся с ней навсегда. Это был лучший момент за весь вечер, если не за всю ее жизнь, и она продлевала бы его бесконечно...
Но кто-то должен был прерваться, в конце концов, их могли увидеть. Надя знала: Дима понимал это лучше нее, – поэтому не удивилась, когда он легко остановил ее, просто прижав ее голову к своей груди. Он ничего не говорил, лишь продолжал обнимать ее. А Надя тяжело дышала, глядя на еле заметное пятнышко на его рубашке широко распахнутыми глазами, и быстро приходила в себя. Алкоголь, казалось, полностью улетучился за эти мгновения. Что будет теперь? Он снова отвергнет ее, как и тогда? Или посмеется над ней, что она, такая пьяная, сразу растеклась перед ним? Нет, это было бы хуже смерти!
С силой оттолкнув Дмитрия Романовича от себя, Надя схватила сумочку, снова оказавшуюся на полу, и убежала. И на этот раз она была рада, что он не остановил ее.
Глава 16
Глава 16.
У Нади было ощущение дежавю. Она уже приходила в университет с чувством, что идет на эшафот, и вот сейчас это снова повторялось. Она нашла Мариам тогда в обнимку с тем же Антоном, кто бы мог подумать... Впрочем, Надя не удивилась после слов Дмитрия Романовича об Антоне. Она просто спросила Мариам, поедет ли она с ней домой. Мариам скуксилась, но оставаться одна в общаге не захотела. Было еще совсем не поздно, они сумели доехать на метро. Мариам жаловалась, что они толком и не потусили, и вопрошала у Нади, что такого произошло, что она как ошпаренная решила вылететь с тусовки прочь.
– Просто так надо было, – пробубнила тогда Надя.
– Это из-за Захарова? – вдруг спросила Мариам.
– Почему сразу из-за него? – насторожилась Надя.
– Ну он же препод, ты, наверное, испугалась, – предположила Мариам, гладя Надю по плечу.
– Ну мало ли, что могло прийти ему в голову, – еле скрывая облегчение, ответила Надя. – Завалил бы нас на экзамене.
– Мне кажется, ты зря переживала, – пожала плечами приятельница. – Антон же сказал, что он постоянно с ними тусит. Значит, никого из-за этого не валит. Сходим еще раз на такую вечеринку?
– Может, и сходим, – решила не огорчать ее сразу Надя.
Конечно, сама она больше не собиралась туда идти. Вот что за ирония: она ведь отправилась туда, чтобы забыть Захарова, а что получилось в итоге? А в итоге она еще больше увязла в этих чувствах, потому что теперь у нее появилось новое, потрясающее, ни с чем не сравнимое воспоминание о нем... И пусть это все ничего не значило, она все равно млела, вызывая в памяти те мгновения...