Когда летишь навстречу ветру
Безмолвной радости полна
И все, что хочешь ты на свете
Стать тем же самым ветром
В нем раствориться навсегда...
Надо же, до сих пор наизусть его помнит...
И теперь она снова рядом с лошадьми, благодаря самому лучшему человеку в ее жизни – Диме. Она повернулась к нему со счастливой улыбкой. Он как раз закончил обсуждать все детали по их проживанию с хозяйкой фермы и направлялся к ней.
– Как тебе? – спросил Дима, обозревая окрестности так же, как Надя пару минут назад. На его лице появилась блаженная улыбка.
– Тебе нравится здесь, – утвердительно произнесла Надя.
– Конечно! А тебе? Понравился мой сюрприз?
– Очень! – радостно закивала Надя. – Я обожаю лошадей!
– Я тоже. Все детство верхом провел. В свободное от уроков время, конечно.
– Правда? У тебя были лошади? Расскажи!
– Может, позже, – неожиданно прохладно сказал Захаров. – Пойдем в дом.
Надя поняла, что своим вопросом невольно задела какую-то больную тему. Неужели у него были какие-то неприятности с лошадьми? Может, родители не одобряли? Может, он упал и получил перелом? Наде очень хотелось знать ответ, но она чувствовала, что, как всегда, настаивать не стоит. За то короткое время, что они уже провели вместе, Надя успела немного изучить своего любимого и теперь безошибочно могла определить его настроение, даже если он пытался скрыть его.
Дима шутил, что она видит его насквозь, а значит, даже сюрприза не сделать. Но сейчас ему удалось. Привезти ее на конюшню – что могло быть лучше? Хотя другие девушки наверняка предпочли бы хороший отель с бассейном. Та же Дина, например. Но не Надя. Бездушные отели – что они могли дать, какое вдохновение? То ли дело здесь, на природе, верхом на лошади в полях можно получить столько сил, столько мыслей, столько идей!
Конечно, сейчас стало холоднее, зима давно на полных правах опустилась на страну. Но это ничего. На лошади холодно не будет. А так у них уютный теплый домик, где они только вдвоем...
Последний пункт немного беспокоил Надю. Она никогда еще не оставалась с мужчиной наедине. Она столько раз влюблялась в жизни, но каждый раз это заканчивалось ничем. И, разумеется, у Нади не было никакого опыта близких взаимоотношений. Наверное, Дима считал, что Надя уже опытная, поэтому так легко согласилась ехать. А Надя и не думала об этом, когда соглашалась. Ей было радостно от того, что она проведет со своим любимым так много времени, и она совсем не задумывалась о том, чего ее любимый может ждать от нее... Может, и не ждет? Да нет, Дима – взрослый мужчина со своими потребностями, он ведь уже говорил об этом. Конечно, он хочет видеть в Наде не только любимую девушку, но и любовницу тоже...
Любовницу... Слово было каким-то скользким… Надя знала, что у Димы никого нет, что это слово не имеет того значения, с которым его ассоциируют, но все же оно было неприятно ей. Пошлое. Неподходящее. Лучше остановиться на любимой, со всеми его вариациями!
Несмотря на то, что Надя не задумывалась о возможном физическом контакте, она все же хорошо подготовилась к нему. Она была чиста и ухожена – ей не стыдно будет показаться Диме даже... Даже без одежды. На мгновение в мыслях Нади мелькнула шальная мысль снова выпить с наступлением вечера. Но она тут же отбросила ее. Ну уж нет! Она должна рассуждать здраво. Реагировать быстро и как положено. Алкоголь не помощник ей в этом деле. И потом, разве ей не захочется запомнить этот момент?..
День прошел прекрасно! Оказалось, что Дима очень хорошо катается верхом, а вот Надя подзабыла нюансы, и ей пришлось попыхтеть, чтобы реанимировать навык. У них была долгая прогулка по лесу, а в полях они даже поднимали лошадей в галоп. Как же восхитительно! Несешься вперед, чувствуешь ритмичное движение лошадиного крупа, слышишь топот копыт, вдыхаешь свежий морозный воздух... Словно летишь! Как в ее стихотворении!
Надя все время улыбалась, так ей было хорошо. Дима часто ловил ее взгляд и тоже отвечал ей улыбкой, не забывая при этом указать на какие-то огрехи в ее посадке. От этого Наде становилось еще веселее, и она, дурачась, намеренно садилась как попало, поднимала пятки в стременах, ложилась на шею лошади. Но когда пора было сосредоточиться, мигом принимала нужное положение, вспоминая наставления любимого.
Лошадь ей, к счастью, дали покладистую: кобыла спокойно относилась ко всем чудачествам своей всадницы. Лишь пофыркивала иногда и норовила останавливаться раньше времени. Надя подстегивала ее шпорами сапог, напоминая, кто тут хозяин. Но ей чудилось, что лошадь не особо-то принимает ее всерьез.
«Сколько таких, как ты, на моей спине бывало!», – словно думало животное.