– Стоп! – опешил Харт, – то есть как? Куда? Давай вместе, я ведь могу…
– Я уезжаю вместе с мамой на другой остров, там у неё больше возможностей для развития своего дела, и я хочу поддержать её.
– То есть… Нет, подожди! – запаниковал Харт, понимая что его мечты о совместной жизни рушатся в одночасье, – но ведь это касается лишь твоей матери! Тебе необязательно уезжать!
Гелла знала, что она делает это не ради кого-то, даже ради мамы. Но ради себя, только сейчас она ощутила потребность узнать мир, прочувствовать его во всём многообразии, чтобы он проник в неё и встряхнул всю её сущность, точно так же как это сделал Харт с Бобом.
Харт не знал, что делать. Он мгновенно осознал, что остаётся один в мегаполисе, один навсегда.
– Ты ведь… Гм, на сколько ты уезжаешь? Через недельку вернёшься? – с натянутым оптимизмом пошёл на сделку Харт.
– Не знаю, на месяц, возможно год, – отвела взгляд Гелла, хотя уже сама прекрасно понимала, что уже возможно никогда не вернётся в Империю, – в любом случае, спасибо, что был со мной всё это время.
Харт сглотнул, всё ещё силясь понять, почему его любовь уезжает? Он бы понял это, будь она зла из-за того, что он… Харт даже не смел думать о том, что он сделал, смелости не хватало. Но, с другой стороны, Гелла говорила это абсолютно серьёзно и про мать, значит… она уже планировала это! – Харт почувствовал как его начинает колотить от злобы и обиды. Она с самого начала хотела оставить его одного! И притворялась весь день ради своего извращённого удовольствия, пытаясь убедить Стивена, что ей нравится быть именно с ним, а не с кем-то другим!
Гелла, похоже, угадала настроение своего друга и знала, поэтому, что бы она ни сказала, всё это в конечном итоге будет воспринято Хартом лишь в одном-единственном враждебном ключе. Но по-другому поступить она просто не может. Если она останется, то никогда не сможет стать свободной, она задохнётся в этом месте с этим человеком, поэтому…
– Возможно, мы ещё увидимся, – улыбнулась Гелла на прощание.
Стивен выдавил из себя улыбку и схватил её за руку.
– Если я подарю тебе кольцо с эфирным алмазом, ты… Ты выйдешь за меня?
109. Девушка смотрела на фиолетовый алмаз в виде сердца, который играл, попав прямо в полоску света, которая пробивалась из-за жалюзи иллюминатора.
– Могу сделать ещё раз тебе это заманчивое предложение, – с самодовольным видом процедил Харт.
– Зачем? – не отрывая взгляда от драгоценности, спросила Гелла.
– Глупый вопрос? – издал смешок Император, – я хочу, чтобы ты была моей.
Гелла усмехнулась: «Мог хотя бы соврать, что любишь меня».
– Ты слышала, что я сказал? – без тени колебаний отреагировал Харт, – я не буду умолять тебя как когда-то.
– А что, такое правда было? – заметила девушка. – Странно, я что-то такого не припомню.
– В любом случае, – проглотил это замечание Стивен, – я должен сказать тебя спасибо. Если бы ты тогда осталась или даже не обманула бы и назвала точное время своего отлета из Империи, то, скорее всего, я не смог бы сдержать обещания и подарить тебе эфирный алмаз.
– Ты обещал это себе, – прервала его девушка, – и … ммм, позволь поинтересоваться, скольких тебе пришлось убить ради этого кольца? Чтобы синтезировать и выдержать до кристаллизации, а затем обработать и ещё купить с наценкой у дилера? Я все этапы правильно назвала? Ну, так скольких? Тысячи, десятки тысяч? Миллионы?
– Не говори глупостей, – спокойно ответил Харт, – я никого не убивал.
– Что, правда? Давай-ка я уточню тогда, если ты не понимаешь, раз ты перешёл опять на официальный тон. Те ресурсы Империи, что используешь ты вместе с правительством Сердца, сколькими жизнями пришлось пренебречь, чтобы собрать сливки сил, жизни и самого ценного – времени жителей острова? А те, кто чуть смелее большинства, и кто не захотел делиться с тобой, их тоже случайно не стало или они сами отдали тебе свои дела? О! Ну, а племя Утконоса само прыгнуло на штыки твоих собак и…
– Это голословно, Гел, – улыбнулся Харт, – я честный человек, и, в первую очередь, перед собой. Я не знаю, что ты нафантазировала себе, раз пытаешься в своих репортажах убедить народ в том, что я монстр. Но прошу тебя, поверь, я – человек, который просто не настолько жалок, чтобы прогибаться под кого-то. Если быть стойким в наше непростое время – преступление, то мне действительно нечего добавить, – Харт развёл руками.
– Очень хорошо ушёл от обвинений, просто блестяще перевёл тему в совершенно иное русло, – парировала журналист, – однако твоя Империя, построенная на лжи, не сможет существовать долго, рано или поздно все узнают правду, и тогда ты предстанешь перед судом, настоящим судом, судом людей, а не свиней.