– Я ухожу, – закрыв глаза, ледяным тоном повторила она сама себе, и даже Харт почувствовал, что не стоит сейчас трогать её.
– Как пожелаешь, но если ты…
Дальнейшие слова Харта расплылись внутри головы Геллы, превратившись в монотонный гул, которой сопровождал её всё то время, пока она в одном одеяле шла под защитой гвардейцев. Улицы Левиафана петляли чудовищным лабиринтом в голове журналистки, тысячью масок, которые по дороге услужливо заглядывали ей в лицо. Оцепенение прошло со стуком закрывшейся двери, который оборвал гул.
Гелла услышала свое сотенное сбившееся дыхание, ощущая как её колотит от злобы, в тот же самый момент она почувствовала подобную энергию от человека, сидящего рядом с ней.
Майк сидел рядом, не глядя на Геллу, и сжимал руль автомобиля так, что казалось, костяшки его вот-вот прорвут кожу.
– Что они делали с тобой? – стараясь не взорваться, спросил агент. Гелла тут же очнулась, поняв, что уже давно находится не на Левиафане. Она уже успела пересечь океан и приземлилась на берегу имперской столицы.
Не дождавшись ответа, Майкл быстро открыл дверь и выскочил из машины. Гелла, повинуясь одним только инстинктам, перевалилась через оба сиденья, успев схватить своего дорогого друга за край рубашки.
– Стой, – прохрипела она.
– Мне всё равно, – процедил Майкл, – даже если мне придется вплавь добираться до их грёбаной лодки, я все равно придушу ублюдка.
– Я не верю тебе, – решила сбить пыл Майкла Гелла, одновременно стараясь выпустить, наконец, наружу беспокойство, которое свинцом лежало в груди.
– Что?
– Откуда мне знать, что всё, что ты делаешь, – не по приказу Харта или министерства Сердца?
– Гелл, но как же…
– Нет, ты послушай, – отрезала она, – я… – голос девушки дрогнул, – я думала, что могу изменить эту Империю, этот остров, но… – Гелла задрожала, – но я просто кукла, как и все остальные. Я… Даже процесс над Шеллом – это подстава, я лишь сыграла на руку Харту и его свите, чтобы уменьшить нарастающее напряжение среди масс, о, Богиня, я, я…
Майкл тут же присел и обнял девушки в тот самый момент, когда та вцепилась в него и зарыдала, периодически скатываясь до натурального рёва пойманного в капкан зверя, который знает, что он хоть и остался в живых, но это продлится недолго.
– Это… – дрожащими губами пыталась выговорить девушка, – просто ад какой-то… Мы все живем в аду, и… Я просто не знаю, как это изменить, каждая тварь этой Империи держится друг за друга. Но не так, как нужно, а покрывая и обнажая грехи друг друга, но не тогда, когда это действительно нужно, когда необходимо спасти ну хоть кого-то!.. А только ради своей выгоды! И ради неё же они продолжают убивать друг друга! Я… Я не могу… Господи, это безумие …
– Всё так, Гел, – ободряюще погладил её по спине друг, – всё так, как ты говоришь, но молю тебя, не опускай руки, не сейчас, когда мы так близки к своей цели.
– Как… Как ты можешь так говорить?
110. – Очень просто, сэр, – отозвался по рации Майкл, заняв наблюдательную позицию вблизи промышленного склада.
– Я приказываю тебе отступать, у тебя нет полномочий и доказательств, для того, чтобы…
– Господин Сэмуэль, доверьтесь мне, – не по уставу прервал прямого начальника Майкл.
– Твою мать, Майк, ты!..
Агент быстро заглушил сигнал не только для себя, но и я для всего отряда.
– Пошли, – приказал Майкл, и солдаты бросились на оцепление территории, которая через несколько минут была полностью зачищена от бандитской группировки, собранной вместе в душной комнатёнке, где ещё несколько мгновений назад ютились десятки похищенных людей.
– Не расслабляйтесь, – скомандовал Майкл своей группе. Посмотрев на сканер, агент сразу понял, что работа ещё не завершена и входит в заключительную фазу, от которой будет целиком и полностью зависеть успех или провал всей операции. Свесив автомат, он неторопливо подошел к высокой белой двери и, толкнув её, стал свидетелем гротескной сцены – перед ним раскинулась целая фреска религиозного мифа из далёкой страны, которые, впрочем, для прагматичного слуги Империи были все на один мотив. В комнате сидели десятки детей, образовавшие полукруг вокруг избранного ученика, которого держал за одну руку «мессия».
– Эй, командир! – улыбнулся пророк, поиграв детонатором, который он сжимал в руке, державшей одновременно и одного из заложников, – мне кажется тут вышло недопонимание…
– Ты даёшь детям уйти. Я остаюсь тут, – не дрогнув, прервал его Майкл.
– Ты чё¸ а? – покраснел мужчина, – ты чё, ахуел, а?! Ты не видишь, мы тут дела делаем! У нас бизнес, так что, сопляк, если не хочешь со своими хуесосами взлететь на воздух, дай нам перегнать наш скот в другое стойло и живо!