74. Маленькое божество, умещающееся на клочке измятого пергамента, слегка покачивалось на дрожащих руках туземца, который под конвоем имперцев миновал охранный пост и постучался в маленькую дверцу деревянного домика.
– Да-да? – раздался знакомый, слегка удивлённый голос с той стороны двери.
Мужчина осторожно толкнул дверь и, чуть наклонившись, заглянул вовнутрь.
– О, это вы! – засуетилась Гелла, начав прибираться на столе. – Вы входите, входите!
Мужчина осторожно проник внутрь помещения и, поколебавшись пару секунд, всё же подошел к девушке.
– Ну, что же вы стоите? – хлопнула себя по бокам Гелла, – вот же! – журналистка услужливо пододвинула старый стул, чтобы гость мог как можно более удобно расположиться для предстоящей беседы.
Мужчина сел, а вслед за ним напротив устроилась и журналистка. Глядя друг на друга, ни один, ни второй участник беседы не смели нарушить того молчания, что с первой секунды их встречи слило их сердца, которые теперь готовы были разделить боль, которую одному человеку невозможно вынести.
– Простите меня, – попытавшись разрядить обстановку маленьким смешком, начал старик, – я… глупо повёл себя там … где был мой дом, ну, вы понимаете.
– Нет, что вы! – подалась вперед девушка, – это я нарушила ваш…
– Ритуал? – грустно улыбнулся мужчина, – я ведь не сумасшедший, чтобы вы знали. Я просто… Не могу иначе. Когда ты имеешь то, ради чего трудишься день за днем, день за днем… Это ведь как продолжение себя… А тут, – мужчина покрутил поседевшие волосы, связанные в косу на затылке, – будто кто-то взял и отрубил тебе руки или ноги… Или даже нет, вырезал что-то изнутри тебя, ослепил, оглушил, и я… Просто не знаю, что мне делать, ради чего, ради кого мне стараться?! – чуть не выкрикнул он под конец.
Гелла позволила себе приблизиться ещё и положить руку на предплечье мужчины.
– Я… Просто не могу взять и выкинуть всё это из своей жизни, поэтому я и продолжаю день за днём рыть эту чёртову воронку… И параллельно зарабатывать деньги, как могу… Понимаете?
Гелла, поджав губы, закивала головой.
– Простите, что заставляю выслушивать вас всё это.
– Нет, что вы! Это я должна извиниться за то, что вообще заставляю вспоминать всё это.
– Нет, мне, может, даже полегчает. Когда рассказываешь кому-то…. Это становится уже историей, и вроде даже как с тобой никак не связанной. Какой-то чудак надеется, что работа и детские раскопки в песочнице помогут ему вытерпеть эту жизнь до самого конца и не сделать ничего с собой. Звучит так бредово, что я даже могу подумать, что всё это происходит не здесь и не со мной. Это звучит ещё безумнее, да?
– Нет! Вовсе нет! – Гелла схватила мужчину за ладони и сжала их, – это вовсе не безумно и не глупо! То, что вы делаете, это не полоумие и не побег от реальности! Наоборот! Вы герой! Вы встретили эту боль всем своим существом и не сломались! Вы продолжаете бороться за свою жизнь и счастье, пусть и маскируя это под причудливые формы, но вы сражаетесь! Сражаетесь с безнадёжностью, что решила сожрать ваш остров! Вы не становитесь убийцей или самоубийцей! Вы остаётесь человеком, человеком, который, – Гелла почувствовала, как глаза её наливаются слезами вместе с тем, как краснеют глаза мужчины, – человеком, который, который … выстоит в этой войне! Вы справитесь, во что бы то ни стало! Вы…