— Отлично! — Сергей взял верхний лист и начал читать. — Что это? — в полном непонимании он поднял на меня глаза. Я намеренно положила сверху другую идею.
— Телемагазин, — пояснила я, но он не понял. — Ты сам просил какую-то инновацию для дела отца. Вот.
— При чём здесь какой-то магазин. Он не хочет менять направление в деле, я это прекрасно знаю.
— Его транспортная компания, это связующее звено во всём мероприятии. Внимательно почитай, там всё написано.
Сергей сел в кресло и стал вчитываться.
— Я, конечно, далёк от всего этого и даже не понимаю, как тебе пришло это в голову, но скажу одно, судя по некоторым пунктам — это огромные вложения. У нас нет таких денег, для этого придётся компанию продать, а без неё это всё не сработает, я так понял. Да отец и не пойдёт на это. Замкнутый круг. Но продать твою идею можно.
— Продавать её я не собираюсь. Думаю, скоро будут такие деньги. Пока не могу сказать откуда, — а мысленно добавила, скоро все об этом узнают.
Глава 24
Занятия возобновились через четыре дня. Я уже не знала, чем себя занять. Доделала разработку идей, загрузила ими Сергея. Он так серьёзно ко всему отнёсся, уже боялась, что это отразится на его учёбе. Брат заверил меня, что справится.
Никодиму всё же наняли учителя, из простых, потому что он был не уверен, что всё понимает и процесс был слишком вялотекущим. Мужчина сопротивлялся, говорил, что сам постарается изучить, но под нашим давлением сдался, и у нас в доме, с разрешения его хозяйки, появился ещё один ученик. Не знаю, какую ересь наплёл тёте Сергей, но она прониклась и дала добро.
Вот честно, хоть самой учись делать чертежи, тем более начальные знания вспомнить нетрудно. Тут же представила, как я буду это делать. Меня рисование рун выбешивает, а тут дело понуднее будет. Нет, пусть механик учится и ему на пользу, и мне не надо с этим возиться.
Соня по пути на учёбу просто сияла, она исстрадалась от безделья, не помогали даже учебники и короткие разговоры со мной.
А я вот о чём задумалась, мне всё-таки придётся делать эксперименты на котах. Во-первых, это не привлечёт внимания, а во-вторых, они крупнее крыс и большая вероятность заметить отклонение.
Живодёрка! — завопил мой внутренний голос. Хмыкнув, я его заткнула, мне надо было двигаться вперёд и восстановить за два месяца Полину.
Екатерина Савельевна опять встречала нас лично. Улыбалась, но я видела напряжение во всём теле. Что-то пошло не так…
И моё личное приглашение в кабинет это подтвердило.
— Что-то случилось? — спросила я, заметив, что преподавательница уже не скрывает явную злость.
— Я уже жалею, что не отдали гипотезу в Банк Идей, — она хлопнула кулачком по столу. — Как я и предполагала, мнения разделились и, к сожалению, на нашей стороне единицы. Они посчитали это бредом, и наши с Юрием Андреевичем доводы их не убедили. Они боятся, понимаешь! Я это чувствовала, от них прямо фонило страхом. Честно, я тоже боюсь, ведь это знание может перевернуть все магические науки с ног на голову. А что будет, когда сторонники чёрной крови об этом узнают?..
Мне не нравилось то, что она говорила. Было ощущение, что вокруг меня опять сооружают клетку. Уже жалела, что поделилась знанием.
— Было решено пока не разглашать эту гипотезу. Попросили месяц для проверки. Не знаю, как они будут выкручиваться, ведь это может быть чревато. Если дойдёт до императорского совета, то полетят головы.
— Чем мне это грозит? — я сглотнула образовавшийся комок в горле.
— Прости, напугала тебя. Тебе ничем не грозит. Просто не болтай об этом. Соня останется у меня, от греха подальше. Хотя я сомневаюсь, что получится утаить шило в мешке. Двадцать шесть человек, весь профессорский состав — это не шутки. Меньше, чем через неделю просочится, крысы везде есть, — Екатерина презрительно скривила рот.
— Вы ничем не рискуете? — в первую очередь я беспокоилась за Рокотова.
— По сути, нет. Мы подчинённые. Но под общие жернова можем попасть.
— Вы же их предупредили о возможных последствиях?
— Конечно. Поверь, пройдёт пара дней, и меня опять вызовут, — она грустно хмыкнула.