Черты лица – изгиб носа, очертания челюсти – не оставляли никаких сомнений в том, что они родственники.
– Морвен, – прошептал он.
– Последнее время уже нет, – отозвалась женщина. – Но мило, что ты помнишь. Я скучала по тебе.
Она говорила с американским акцентом, без малейшего намека на валлийские интонации, свойственные ее брату.
– И давно ты следила за мной? – требовательно спросил Финстерн.
– Достаточно давно, чтобы вмешаться, прежде чем тебя убьют.
Она кивком указала на Дженни, которая все еще стояла, застыв, в моем теле.
– Эти чары, кстати, долго не продержатся, но для наших целей их достаточно. Разведчики в Аннуине доложили, что вы пришли сюда. И не через Разлом, а открыв врата-завесу. Отец будет впечатлен. Где вы их нашли?
– Ничего не говори ей! – крикнул Джекаби. – Она никси! Они все обманщицы, Финстерн! Лгуньи по природе!
Морвен развернулась на пятках.
– А вы очень грубы, детектив! Разве вы не видите, что присутствуете на встрече давно не видевшихся родственников?
Подняв руку к груди, она сжала серый шарик.
– Аллох, не хочешь научить мистера Джекаби манерам? Пусть узнает, что нельзя прерывать меня, когда я говорю.
Земля затряслась, и серый гигант за два шага преодолел разделявшее их с Джекаби расстояние. Высотой он был футов двадцать, а рукой мог бы обхватить и лошадь. Джекаби отскочил в сторону, но рудорожденный двигался с удивительной для такого создания скоростью. Схватив детектива и сжав в кулаке, гигант поднял его на десять футов в воздух. Джекаби напрасно сопротивлялся, пытаясь пнуть его ногой.
– Камни! – прохрипел он, когда пальцы рудорожденного сдавили его грудь. – Камни у нее на шее, Финстерн… С их помощью она управляет элементалями. Они скованы браслетами. Разбей…
Аллох усилил хватку.
– Так-то лучше, – ухмыльнулась Морвен. – Так на чем мы остановились?
– Ты хотела объяснить, зачем мне тебе помогать.
– Мы же родственники, Оуэн. – Морвен одарила брата чрезмерно сладкой улыбкой. – Пора бы тебе заняться семейным делом.
– Ты бросила меня прозябать в захолустье. А теперь вдруг захотела вернуть?
– А кто, по-твоему, прислал тебе приглашение? – Сияющая улыбка, однако, не растопила лед в ее глазах. – Ведь именно я предложила взять тебя. Хочу, чтобы ты к нам присоединился, Оуэн. Отец тоже хочет видеть тебя рядом… Он наблюдал за тобой.
Глаз Оуэна дернулся. Он с трудом сглотнул и тяжело вздохнул.
– Отец?
– Мы хотим одного и того же, братец. Мне, например, очень хочется, чтобы ты закончил свое дело. – Она кивнула на устройство Финстерна. – Пора бы тебе и самому понемногу заниматься магией, правда? Ты уже доказал, что в науке разбираешься. Отец хотел задействовать тебя на основании одной лишь твоей работы – представь, что он подумает, когда увидит, что ты обладаешь своим собственным даром? Тогда он точно признает в тебе своего законного наследника! Оуэн Финстерн, единственный настоящий ясновидец, предвестник грядущего царства.
– Розмариновый пустырь, – выпалил Финстерн. – Это там мы нашли врата, на холме в северо-восточном углу. Их друг держит проход открытым. Мне кажется, он какой-то полукровка-оборотень. Я слышал, как детектив называл его потомком Благого Двора, когда я делал вид, что не слушаю.
Губы Морвен искривились в ухмылке, и она сжала второй камешек своего ожерелья.
– Аутох, разберись с этой небольшой помехой на Розмариновом пустыре.
Второй колосс побрел через лес в том направлении, откуда мы пришли.
– Нет! – просипел Джекаби.
– В чем дело? Решили-таки сотрудничать? – обратилась к нему Морвен.
Аллох чуть-чуть ослабил хватку, и Джекаби вздохнул поглубже.
– Не впутывайте в это Чарли, – произнес он. – Он ничего вам не сделал.
– Так не работает, детектив. У вас был шанс, но теперь ваши друзья должны погибнуть. Можете наблюдать, если желаете – прежде чем мы убьем и вас.
– Я согласен, – тяжело вздохнул Джекаби. – Я готов сдаться. Это единственный способ обойтись без лишних жертв. Спросите брата. Если он попытается силой вытянуть из меня дар, то вместе с ним неминуемо получит и мой дух. А он видел, что две души могут сотворить с одним телом.