— Нантан! — снова подал голос Говорливый. — Мы потолковали друг с другом. Все как один хотят, чтобы твоя сестра отправилась с нами, когда мы пойдем воевать с сине-мундирниками. Чейс просил о том же. Он сказал, что сестра нантана — могущественная ди-йин.
Прозвучавшие слова не особенно утешили Лозен. С незапамятных времен с юга нападали мексиканцы, а с севера — навахо. С запада совершали набеги явапаи, пима и папаго. Синемундирники же всегда приходили с востока. Теперь получалось, что бледнолицых солдат можно было ждать откуда угодно. Они уподобились разящим молниям.
Лозен подумала о заговоре, который пели при изготовлении колыбели. «Вокруг нее пляшут молнии…» Эти слова всегда успокаивали девушку, но теперь ей казалось, что в них кроется зловещий смысл.
ЧАСТЬ III
1862 ГОД
ШАМАНКА
КАК ПОСПОРИЛИ КОЙОТ И ПЕС
Бежала как-то стая псов через лес. Увидел их Койот и говорит: «Отчего вы, псы, не переселитесь к нам в горы? Тут хорошо. Нам привольно живется в краю лесов и студеных чистых рек. Мы лакомимся олениной и прочей вкуснятиной». Один из псов ответил так: «Мы живем у людей. Они кормят нас мясом и дают приют. Мы спим в тепле и сухости, а люди вечно твердят, что любят нас». — «Но до нас порой доносится ваш вой и скулеж, когда вас бьют», — возразил Койот. «Когда мы не слушаемся хозяев, они бьют нас кнутами», — согласился Пес. «Сносить удары кнута тяжело и обидно», — заметил Койот. «Но здесь, в лесах, у вас много врагов, — ответил Пес. — Там, в долине, нам не приходится вечно прятаться от опасностей. Когда идет снег, вы мерзнете, а мы нежимся в тепле. Вас частенько мучает голод, а мы всегда сыты. К чему нам перебираться к вам в лес?» Псы побежали вниз по склону горы, а Койот проводил их взглядом. «И все же сносить удары кнута тяжело и обидно», — сказало он себе и пошел по своим делам.
На самом деле в этой истории шла речь о фруктах, цветах и прочих прекрасных вещах.
ГЛАВА 31
БОГАТЫЕ ДАРЫ
Шивойе пела утреннюю песню так тихо, что ее голос слышался лишь в стойбище Текучей Воды и Ветки Кукурузы. Лозен застала Бабушку сидящей скрестив ноги у входа в жилище, примостившегося между валуном песчаника и ореховым деревом. Когда Бабушка остановила свой выбор на этом месте для типи, она пояснила, что валун укроет ее жилище от ветра, а в ясные зимние дни, поглощая солнечное тепло, будет делиться им с ней. Дерево летом даст тень, а осенью — орехи. Главное, чтобы дары дерева не угодили по голове. Дары ведь такие: вечно норовят треснуть по макушке в тот самый момент, когда меньше всего этого ожидаешь.
Кое-кто из женщин собирал хворост, другие раздували тлеющие угли и разводили огонь. Лозен знала: если ее заметят, то сразу начнут жаловаться на хвори и беды и спрашивать совета в семейных делах, в которых девушка разбиралась плохо. Ее непременно попросят пропеть заговор, дать снадобье или сделать амулет. Обычно Лозен терпеливо выслушивала каждую из женщин, но на сегодня она запланировала кое-что важное.
Забравшись в семейную кладовую, она взяла седло, самый новый чепрак и лучшую упряжь. Сунув добро под мышку, она направилась к тому месту, где всегда встречала наступление нового дня и читала заговоры во время восхода солнца.
Лозен обогнула поле для чанки, где прибирались Говорливый и Чато. Да, скорее всего, в будущем их всех ждала битва с бледнолицыми, ну а пока большую часть дня мужчины и юноши проводили за игрой. Когда Лозен проходила по неглубокой лощине, она услышала в кустах мужской голос, а вслед за ним — девичий смех. Лозен могла поклясться, что это Мария и Большеухий. Девушка украдкой улыбнулась. Так вот почему Большеухий зачастил к ним — то на обед заглянет, то помощь в домашних делах предложит.
Приблизившись к лугу и лошадиному пастбищу, Лозен увидела трех детишек, двух мальчиков и девочку. Их матери, скорее всего, отправили ребят собирать хворост, но вместо этого они развлекались — в точности как и сама Лозен в возрасте пяти-шести лет. Они окружили старого боевого скакуна, принадлежавшего Тощему. Один мальчик обхватил коня ладошками за морду, второй поставил босую ногу на заднее колено животного. Когда он попытался взобраться на скакуна, девочка подставила другу плечо. С трудом вскарабкавшись на серого, мальчуган некоторое время лежал на нем ничком, свесив ноги. Затем он сел прямо, наклонился и помог девочке влезть к нему за спину. Потом уже вдвоем они затащили на коня третьего малыша. Весело загомонив, дети застучали пятками в бока скакуну. Тот лишь чуть подвинулся, лениво переступив ногами.