***
После осмотра раны и вызова врача, отец спустился на улицу. Под окном тел не было. Учитывая, что жили они на десятом этаже, это было странно. Окно заменили, и постарались забыть о произошедшем. Две недели Валерка спал на кресле в комнате родителей. Когда в его комнате на окно поставили решетку и замок на дверь, он перебрался обратно. Свет на ночь он больше не выключал.
Но через пару месяцев ночью начал слышать тихое, но грозное мяуканье. Сначала казалось, что во сне. Но только сначала. Родителям Валерка не сказал.
Теперь главное верить, что ночью не будет отключения света.
Вы были правы, Иван Яковлевич!
Наверное, я уже слишком стар, чтобы считать себя способным что-то поменять в этой истории. Возможно, что первичной причиной всего произошедшего тоже был я. Но только, возможно. Я не уверен. Предположу, что автор писем, с которыми я собираюсь вас ознакомить, мой бывший ученик, и сам пришел бы к этому, не имея предпосылок к размышлению над идеями, заложенными в его разум мной на уроках физики.
Как вы поняли я преподаватель этого предмета. Бывший преподаватель. Несколько лет я уже не веду уроки. Не думайте, что учителя мечтают нести зерно разумного до самого конца. Во всяком случае, я не из таких. Может быть, я бы до сих пор и мучил школьников законом всемирного тяготения и пытался донести разницу между напряжением и силой тока лоботрясам, которые и среднюю скорость не могут найти, но жизнь распорядилась иначе. Непредвиденная ситуация, которая унесла жизнь моей супруги и покалечила меня. Теперь моя участь инвалидная коляска, книги и телевизор, который я смотрю теперь все реже и реже.
Моя дочь, после той трагедии вернулась жить в наш дом. Вернулась с мужем и моими внуками. Я благодарен ей за это.
Первое письмо она нашла в почтовом ящике. На нем не было марок и каких-то других опознавательных знаков почтовой службы, что говорило о том, что его положил отправитель. Или по его просьбе сделали это. На конверте было написано мое имя и отчество. «Ивану Яковлевичу». И все. Ни обратного адреса, ни имени отправителя. Эта странность не напугала меня, хотя дочка предложила вызвать полицию, проверить на наличие опасных предметов. Но на ощупь в нем не было ничего кроме плотного листа бумаги. Как потом оказалось это были три листа, сложенных вместе.
С первых слов я понял от кого это письмо.
***
«Здравствуйте, Иван Яковлевич.
Каюсь, грешен.
Надеюсь, вы еще не забыли меня. Вы были моим преподавателем физики до девятого класса. Потом я покинул школу».
***
Еще до фразы «Меня зовут Никитин Илья», я уже вспомнил его имя. Прошло почти тридцать лет, но я не забыл. На все невыученные уроки только один Илья отвечал мне «Каюсь, грешен, но…». И после этого выдумывал весьма оригинальное оправдание.
***
«Мы с вами на уроках часто устраивали дискуссии на темы, которые не входили в школьный курс, и особенно на темы, которые и в науке если и рассматривались, то в закрытых кабинетах. Мне всегда было интересно перемещение во времени, и о нем мы часто рассуждали. Вы спрашивали наши мнения о возможности посетить прошлое и будущее и рассказывали свои версии и теории. Насколько я помню, а помню я прекрасно, вы считали, что невозможно переместиться во времени как физическое тело. Если только ты не молекула, летящая выше скорости света и опережающая само время. Это было единственный вариант, который вы поддерживали. А о возвращении в прошлое вообще не было и речи. Вы предполагали, что никакого прошлого и будущего не существует, как места, даже места во временном пространстве, которое можно посетить. Это всего лишь следующий и предыдущий этап в процессе старения тел. И я хорошо запомнил вашу теорию о возможном существовании так называемой эхо — материи. В чем-то вы были правы, что-то я не могу ни доказать ни опровергнуть, но то, что удалось сделать мне подтвердило некоторые ваши догадки. Я еще не готов выложить все на бумагу. Слишком мало погружений мной было произведено и по большому счету все они были для проверки моей безопасности во время их. Скоро я напишу вам подробнее обо всем.