Оранжерея в холле, лианы, деревья, кустики и трава. Мягкий приглушённый свет падает с потолка, изобилие вкусной еды и отливающая позолотой, пахнущая ягодами мохтарии наливка. Всё это, располагает к налаживанию взаимопонимания разных культур и доверительным беседам. Уотерсон, даже не догадывался что из ягод мохтарии можно приготовить не только вкусное варенье, которым его балует госпожа Стренж, но и сделать великолепную наливку. После сытного застолья, давая тарфийским женщинам возможность прибрать со стола остатки еды и посуду, Лумпацирий на правах управителя имением, повёл Эда на экскурсию в подземелье.
Винный погреб, кладовые с копчёными и вяленными окороками, колбасы разных видов и размеров, сыры, варения, соления. Такого изобилия и разнообразия всевозможной еды, Эд не встречал даже в магазинах столицы. Со слов коротышки, всё то, что висит на крюках, стоит в бочках и лежит на полках, всё это добыто в лесу и окрестных землях. Много у Уотерсона земель, ещё больше леса и заболоченных угодий. Лумпацирий заверил нового хозяина о готовности семейства тарфов ему служить так же добросовестно, как это было при старому бароне. Как оказалось, дружил Лумпацирий с бароном, и всецело доверяли они один другому.
По возвращению в холл, Эд обнаружил новую сервировку стола. Подали горячее. Большая кастрюля источает аромат бульона, торчат из неё огромные кости. На столе мясная нарезка и горы всевозможной съестной зелени. Женщины учтиво поклонились и поспешили уйти.
- Во как. – Окинув строгим взглядом стол, тарф сделал Эду приглашающий жест присесть на диван. – Всё к месту, как и было велено. Теперечи, можно и повечерять как надобно.
- А до этого, что мы делали? – Присаживаясь к столу и глядя на снедь с лёгкой оторопью, осторожно спросил Эд. Завален стол едой, манящие ароматы пьянят не хуже мохтариевой наливки. Вот только места в желудке Эда для всего этого великолепия совсем не осталось. Переел Уотерсон ещё за первым застольем. Особо ему понравились вяленное, порезанное очень тонкими ломтиками мясо. Да и вообще всё ему понравилось. Холодные закуски из тарфийских запасов насытили Уотерсона выше меры. Балыки и копчёности всех видов, маринованные грибочки, терпкие, но очень вкусные солёные и перчёные ягоды, названий которых Эд никогда не слышал. Умеют тарфы угодить, знают толк в готовке.
- Дык… энто. – Лумпацирий ещё раз придирчиво осмотрел стол, покрутил толстыми пальцами ус и широко улыбаясь глянул на Эда. – Так мы не вечеряли, а тока примерялись. Теперечи вот… - коротышка вытер о рубаху руки. Взял на краю стола деревянную тарелку-блюдо. Потянулся рукой к кастрюле и вытащил из неё большую кость с огромными кусками свисающего отварного мяса. Уложил всё это на блюдо-тарелку и услужливо поставил его перед Эдом. Пока Уотерсон разглядывал аппетитные, сочные куски мяса и огромную кость, вдыхал вызывающие призывное урчание в животе ароматы. Лумпацирий взял половник и деревянную плошку не большого размера и глубины. Горячий бульон разнёс над столом и потащил к люстре душистый пар, на короткое время укрыв коротышку белым облаком. Добрая жменя мелко порубленной зелени отправилась в плошку, неповторимый аромат зелени и бульона чуть ли не шибанул Эда в нос. Плошка, встала рядом с тарелкой-блюдом. – Сёрбать надобно, запивать едьбу. – Пояснил коротышка, наливая до краёв рюмку. Графин с мохтариевой наливкой чуть слышно стукнулся донышком о стол, а рюмка перекочевала в руку Эда. Тарф поскрёб нос и как-то совсем не смело, осторожно спросил. – А ежели я… - прячет коротышка глаза и говорит в пол. – Чуток брумбельку хлебну?