- Да как же тут не пить? – Ухватил Рамзай непочатую бутылку водки и отвинтил крышку. – Только пойлом и спасаюсь. Спасибо недомерки по две пятилитровки каждую неделю приносят.
- А ты им что?
- Считай ничего. Старое железо.
- Это как?
- А вот так. – Разлил Рамзай водку по кружкам. – В крепости, много мечей, алебард и разной другой хрени. Савику, они сто лет не нужны. Вот на этот непотреб я и меняю брумбель. Кузня у коротышек в имении барона. Переплавляют старьё, из него и делают себе топоры. Соображают мелкие, умеют ковать крепкую сталь. Их топоряки, камень и железо рубят без единой зазубрины на лезвии. Только искры летят. Сам видел.
- Да-а-а-а… уж. – Выдохнул Ханыга и ополовинил налитую до краёв кружку. Взял у Шкета нож и сам отрезал тонкий ломтик мяса. Хороша у Рамзая солонина, такую нигде не купишь.
Глава 21
Глава 21
Бушует гроза, подвывает она точно дикий зверь в печных трубах. Проливной дождь полощет, заливает провинциальный городок, грозит превратить дороги и улицы в широкие реки. Взбесились небеса, сбрасывают на Штирц тонны холодной воды, грохочет небо громом, жалит молниями. Колючий ветер бьёт точно палками, стучит крупными каплями дождя в большие окна и стеклянные двери медкомплекса. На дворе чуть ли не ураган раскачивает фонари, оборвал с веток последние листья, грозится свалить деревья. Уж как сильно разгулялась непогода, день превратился в ночь. Висят над городом чёрные тучи и уползать не собираются.
Офицеры СИБ и медперсонал первого этажа, попытались сработать на опережение. Как только в медкомплексе пропало освещение, они тут же поспешили к дверям центрального входа. Но не для того, чтобы не дать пациентам и посетителям разбежаться, а исключительно в целях недопущения беспорядков и паники. Темно в холле, как и на дворе за толстыми стёклами.
Пожилые люди, хорошо умеют поучать и давать советы другим. Всё они знают, везде побывали и на любой случай имеется свой, личный пример из их долгой, как правило очень и очень тяжёлой жизни. Но когда, дело касается их самих, все писанные и не писанные законы, также как и нормы морали отметаются напрочь. Наверное, самая страшная толпа - это напуганные пенсионеры. Не существует для них преград, никого они не слышат кроме самих себя. С пол сотни пожилых людей и два десятка санитарок в белых халатах, ворвались в холл первого этажа. Ничего у стариков не болит, даже не ходячие и те поднялись с кресел каталок. Шаркают ногами, хромают, ковыляют, но упрямо тащатся к выходу. Оставляя позади себя потерянные тапочки, перевёрнутые столы и стулья, разбитые горшки с цветами и тех, кто не устоял на ногах, вопящая толпа упёрлась в большую, тяжёлую дверь из толстого стекла. Открывается дверь во внутрь. Не успели идущие в первых рядах её отворить. Хрипят и сползают первые ряды на пол, а сзади всё напирают и напирают. Дружный вопль – Убили!!! – Сменился на стоны-мольбы о помощи. Пинают, топчут пенсионеры своих сверстников, недавних друзей-подруг, соседей по этажу и палатам. Перепадает от стариков офицерам СИБ и увязшим в толпе сотрудникам медкомплекса.
Не боятся пенсионеры угроз и уговоры на них не действуют. Хватать за руки и оттаскивать стариков нельзя, закон запрещает такое делать. Но и стоять в стороне, ждать трагической развязки ещё хуже. Топчут пенсионеры и ненамного младше их по возрасту санитарки упавших на пол людей, давят их. Мечутся офицеры СИБ берутся за оружие, вот только выстрелить в воздух, напугать толпу, остановить панику никто не решается. А вдруг срикошетит
Неизвестно чем бы всё это закончилось, не включись свет. С большой задержкой по времени сработала система аварийного освещения центрального входа и холла. Остановилась толпа и попятилась от дверей. Те, кого сбили с ног, но им удалось отползти в сторону, охают и ахают, сидят у стен. Перед самой дверью, лежат три неподвижных тела. Одно из тел в белом халате, грузной женщины санитарки.
С появлением освещения, стали видны масштабы трагедии, последствия паники-давки. Никто не был готов к такому. Тут же забегал медперсонал. Врачи, поспешили оказывать первую медицинскую помощь пострадавшим. Медсёстры и медбратья убежали в приёмное отделение за каталками. Громкие оклики, требования подготавливать к работе операционные комнаты, угрозы и заверения, голоса медиков перемешались с охами и ахами, стонами и тихим жалобами, роптанием пожилых людей. В суматохе и неразберихе, все успели забыть о причине переполоха и спешного бегства со второго этажа. Резко поплохело всем без исключений старикам и старухам. Лифты не работают, развозят пенсионеров на каталках в процедурные комнаты, столовую и другие помещения первого этажа. Кому-то делают уколы, дают таблетки, бинтуют головы, накладывают шины на поломанные руки и ноги. Те, кто ехали в лифтах, конечно же в них и остались, застряли между этажей, благодаря этому и не пострадали в сумасшедшей давке. А вот тем, кому совсем не повезло, их уже накрыли простынями и увезли подальше от живых.