— Знай, племянница: твоя безопасность — главный приоритет, — заявил Грейт с кажущейся легкостью. — Вчерашнее нападение на тебя будет расследовано. Сказать по правде, с него станется… как там люди его зовут? Путник?
Арью внезапно пробил озноб.
— Нападение? — переспросила она негромко. — Я никому не говорила, что прошлой ночью на меня напали.
У Грейта дёрнулась бровь, но улыбка оставалась все такой же уверенной.
— Должно быть, Анддрет доложил мне, — беззаботно отозвался он. — Я имею в виду, на улицах моего города напали на Рыцаря в Серебре…
— Я никому не рассказывала о прошлой ночи, — произнесла Арья. — И я никогда не говорила о Путнике.
С лица Грейта сошла улыбка. Мгновение они оба молчали. Грейт смотрел на нее с выражением, которое отчасти напоминало растерянность. Затем он встал, прошелся и навис над ней. Её гнев прошел, и Арья затрепетала по другой причине. Тренировки поддерживали тело сильным, но с эмоцией, отразившейся в её глазах, девушка ничего не могла поделать. Страх.
Бесконечный миг она смотрела на Грейта, и увидела в его глазах лишь холодную, расчетливую ярость.
Затем он шевельнулся, и Арья чуть не схватилась за меч. Как будто не заметив этого, Грейт всего лишь направился к буфету и долил себе вина.
— Ты уверена, что я не смогу тебя соблазнить? — спросил он, поднимая бокал. — Совсем неплохое.
— Нет, — твердо ответила Арья.
— Какая жалость, — полуулыбнулся-полуоскалился Грейт, но глаза его пылали. Затем он пожал плечами. — Как угодно.
Бард вернулся к креслу и рухнул на подушки.
— Я очень устал, племянница, старею, видать. Прости меня, если я не спущусь тебя проводить.
Это не было вопросом.
Арья кивнула, повернулась и покинула комнату так быстро, как только могла, не переходя на бег. Она чувствовала буравящий спину взгляд Грейта.
Покинув кабинет, Арья не удивилась, заметив прислонившегося к стене сына Грейта, с жестоким лицом, в белых доспехах из кожи. Рыцарь не удивилась и тому, что он подслушивал.
Арья кивнула, не собираясь ничего говорить, но юноша поднял руку, останавливая ее.
— Ты знаешь его… этого убийцу, — заговорил Мерис. — Этого… Путника.
— Мы встречались, — ответила Арья. — Немного. Он спас меня от неизвестного бандита.
— Сиятельного Рыцаря в Серебре необходимо спасать? — с притворным недоверием спросил Мерис. — Этот бандит должен быть весьма умелым, чтобы справиться с тобой.
Он произнес это чуть ли не с гордостью, и Арья не смогла не подколоть его.
— Весьма трусливым, — поправила она. — Подлец, который напал из темноты, как грязная крыса.
У Мериса дернулся уголок рта, но следопыт ничего не сказал.
Арья ощутила, как это подергивание подлило масла в тлеющие угли ее гнева и превратило его в пламя. Она шагнула к Мерису, положив руку на эфес. — Его счастье, что вовремя вмешался Путник, — нажала она. — Он спас этого труса.
Мерис прищурился, смерив её ледяным взглядом.
— Сомневаюсь, — сказал он тоном, выдающим бурлящую внутри юноши ярость.
— Мерис, зайди! — крикнул Грейт из кабинета.
— Лучше подчиниться, — стараясь не моргнуть под его взглядом, сказала Арья.
— Я не тот, кто подчиняется, девочка, — почти выплюнул Мерис.
Арья не стала отступать.
— Я не боюсь тебя, кузен, — произнесла она. Затем, оставляя его наедине с этим вызовом, девушка отвернулась и пошла прочь.
Мерис позволил своему лицу исказиться в тончайшей из его улыбок.
— И в этом я тоже сомневаюсь, — донесся до Арьи его шепот. — Очень сомневаюсь.
— Сейчас же! — раздался окрик Грейта.
Мерис отвернулся и вошел в кабинет, позволив дверям захлопнуться за ним.
Грейт вышел из-за стола, ожидая его. Барда окружали заставленные книгами полки, и он держал в руках один из томиков, бездумно скользя взглядом по строчкам.
— Отец, — поприветствовал Мерис, подходя к Лорду Певцу.
Грейт ответил на приветствие смуглокожего юноши резкой пощечиной. Мерис отшатнулся, поражённый, и недоуменно взглянул на отца.
— Ленивый бесполезный кретин! — заорал Грейт. — Твоя небрежная слежка за Лунолесьем смешала все наши планы!
Он швырнул книгу в стену, и по комнате разлетелись страницы.
— Отец, в самом деле… — начал Мерис.
— И именно сейчас, когда удача сама идет к нам в руки, когда Стонар… — слова превратились в рычание, и бард уставился на Мериса. — Как ты мог быть таким идиотом, чтобы напасть прямо на улице? Разве я не сделал для тебя достаточно? Я годами закрывал глаза на твою опрометчивость, даже не заметил безвременной кончины твоего брата с сестрой. Из всех отпрысков ты единственный наследуешь мне — и так ты отплатил за это? Предательством?