— Надеюсь, ты проживешь достаточно, чтобы это увидеть, — сказал ему Мерис, и Путник в ответ смог лишь дернуться. — Этого я тоже ждал очень долго.
Он кивнул своим людям, и те принялись стягивать с Арьи оставшиеся доспехи. Рыцарь поначалу сопротивлялась, пиналась и кричала, но Дартан врезал ей в висок, и она вновь обмякла, оглушенная и беспомощная. Стоявший над ней Мерис снял плащ и стал расстёгивать кожаный панцирь.
Путник пытался подняться, но не мог. Сила буквально вытекала из него вместе с жизнью и он был беспомощен, как и девушка. Мерис справился с панцирем, поглядел на Арью и оглянулся, чтобы еще раз ухмыльнуться Путнику.
Свист рассекаемого воздуха предупредил его как раз вовремя, чтобы Мерис дернулся, и метательный нож пролетел мимо лица, воткнувшись в результате в плечо. Зарычав от боли, юноша бросился на землю. Упали и двое из его людей: Твердолицый ругался из-за ножа, торчавшего в руке, а Худой пытался дышать, и не мог — из-за ножа в горле.
Рыжий развернулся как раз вовремя, чтобы встретить огромного мужчину с парой шестоперов в руках, вылетевшего на охотника из кустов.
— За Соловья! — прокричал здоровяк, и, будто в ответ, взметнулись его шестоперы. Они выбили оружие из рук Рыжего прежде, чем следопыт смог отреагировать. Затем здоровяк развернулся, и первая булава с сокрушающей силой врезалась Рыжему в грудь. В тот же момент на спину охотника обрушилась и вторая, и оба оружия раздавили грудную клетку между собой. Рыжий рухнул замертво.
— Могучий удар, сир Гартвайн! — отметил вкрадчивый голос.
— Это не я свалил троих одним броском! — крикнул в ответ Барс, отбивая удар секиры и ответным выпадом вынуждая Твердолицего отступить на шаг.
Барс мог бы наступать и дальше, но ему пришлось броситься навзничь, чтобы спастись от стрелы Дживса, прочертившей красную линию на плече паладина. Получив мгновение передышки, Твердолицый сорвал с пояса арбалет и навел его на то место в кустах, где, как ему показалось, находился второй противник.
— Думаю, никто не идеален, — ответил Дерст, под прицелом встав в полный рост и метнув еще два ножа. — Кроме меня.
Один из ножей перерезал тетиву Твердолицего, второй вонзился в предплечье, сбив прицел. Следопыт все равно спустил курок, но болт попал в дерево на расстоянии вытянутой руки от головы Дерста.
Барс зарычал и с силой ударил Твердолицего булавой в живот, отбросив охотника назад. Паладин поднялся на ноги, и оказалось, что ему вновь придется уворачиваться от стрел.
Увидев торчавший из дерева болт, Дерст моргнул, не в силах поверить своим глазам. А потом он заметил, как в него целится Дартан, державший лук параллельно земле — как у арбалета.
Дерст рванулся из кустов, броском обмотал свой кинжал на цепочке вокруг лука Дартана и вырвал оружие у следопыта из рук. Оставшись без лука, тот потянулся к мечу, но его рука наткнулась на торчащий в боку нож. С проклятьем охотник осел на землю, а Дерст перескочил через него, чтобы встретиться с Твердолицым, который яростно заревел и обрушил на худощавого рыцаря свою секиру.
Дерст нырнул под удар, крутнулся назад, уходя от следующего, выйдя за предел досягаемости Твердолицего. Тот пошатнулся, пытаясь достать противника, и выровнялся как раз вовремя, чтобы не упасть к ногам Дерста. Рыцарь же поглядел на свой кинжал с цепью, затем на секиру врага, потом, неуверенно — на Твердолицего. И стал отступать, раз за разом уворачиваясь от ударов и пытаясь придумать способ защиты.
Тем временем Дживс выхватил короткий меч и бросился на Барса, который едва успел встать, прежде чем ему пришлось защищаться. Дартан тоже поднялся, несмотря на боль, и с парными секирами атаковал Барса сбоку. Один против двоих, Барс стал отступать, чтобы держать обоих врагов в поле зрения, но охотники были слишком хорошо обучены и не дали ему уйти. Работая двумя булавами по отдельности, здоровяк парировал их атаки, демонстрируя поразительное мастерство, но все трое знали, что это ненадолго — рыцарь вымотается куда быстрее, чем оба следопыта.
— Иди сюда, крысомордый, сыграем как мужчины, — прорычал Твердолицый Дерсту.
— Ну и какой смысл? — громко поинтересовался тот. — Суть твоей угрозы в том, что мужчины не играют в игры, и все же ты предлагаешь мне «сыграть» как мужчина?
Твердолицый раздраженно заворчал, когда Дерст в очередной раз увернулся, и секира срубила внушительный кусок ствола сумеречного дерева.
— Тогда сражайся, как мужчина!
— Лучше не буду, — ответил Дерст, перескочив взмах понизу и хлестнув цепью своего кинжала по щеке противника — без видимого результата. — Так люди умирают.