Улица была пустынна. Путник слышал крики толпы, собравшейся на главной площади Куэварра, немного дальше. Проскользнуть вверх по улице, прячась в тени, оказалось легко, да и не так уж необходимо — вряд ли его могли увидеть.
На площади собралось почти все население города. Люди скандировали имя Лорда Певца. По периметру толпы стояли стражники, с оружием наголо, как будто для того, чтобы предупредить нападение, но их взгляды точно так же, как и взгляды собравшихся охотников, следопытов, торговцев, и их семей, были прикованы к дверям Грейта. Путник заметил троих в облачении друидов, с выражением беспокойства и нескрываемого гнева на лицах. Заметил Путник и бросавшееся в глаза отсутствие капитана Анддрета и Амры Чистоводной. Интересно, что с ними произошло. Видимо, Грейт устранил их — оба были хорошо известны, как его противники.
Затем двери в особняк Грейтов распахнулись, и все мысли Путника смыло волной всепоглощающей ненависти.
В позолоченных доспехах, в развевающимся лиловом плаще, с ниспадающими на плечи золотыми волосами, Лорд Певец Дарен Грейт вышел наружу. Он весь будто светился. Куда-то исчезла седина в волосах. Под ловкими пальцами пел позолоченный яртинг, посылая в толпу аккорды триумфа и магии.
Почти все собравшиеся замерли, заворожённые этим блистательным появлением, и все без исключений — даже с подозрением глядевшие на Грейта друиды — затихли.
— Здравствуйте, друзья! — воскликнул Грейт. Его голос был громким и глубоким, он разнесся над толпой, достигнув скрывающегося в тени Путника. — Вы пришли ко мне с вопросами и сомнениями, так получите же ответы и вздохните с облегчением!
Путник чувствовал магию, излучаемую музыкой яртинга и голосом Лорда Певца, боролся с ней, своей волей подавляя волю барда, чтобы продолжать думать о Грейте как о самом ненавистном противнике, о чудовище, которого он редко видел, но знал слишком хорошо. Дарен Грейт, которого знал Путник, был не тем храбрым, самоуверенным героем, которого видела сейчас толпа, но слабым, стареющим трусом.
Волшебству барда все-таки не удалось подчинить Путника.
— Сегодня начинается новая страница в истории нашего славного города, здесь, на самом краю Лунолесья! — продолжал Грейт. — Или, скорее, сегодня заканчивается страница старая. Слишком долго в этих лесах и на наших улицах царила зловещая угроза, бесшумная и с безжалостной сталью в руках — угроза, которую некоторые звали Путником, а другие Призрачным Убийцей.
По толпе пронесся ропот.
— Что ж, довольно! Сегодня я и мой сын Мерис положили конец ужасному Призрачному Убийце!
В ответ раздались радостные возгласы. Путник, находившийся прямо там и слышавший объявление о своей смерти, мог улыбнуться, если бы его не переполняло отвращение к оратору.
Прежде чем продолжить, Грейт дождался, пока стихнут восторженные восклицания.
— Этой ночью мой сын и несколько слуг прикончили его, — он указал на собравшихся следопытов. Дживс и Дартан кивнули. — Кроме того, мы схватили трех сообщников Призрачного Убийцы — троих рыцарей-отступников из Серебристой Луны.
В толпе раздались вздохи. Путник нахмурился.
— Вы, конечно, помните троих путешественников во главе с женщиной, которые пришли в город и начали задавать вопросы? Леди Арья Венкир, явившаяся в Куэрварр с заданием расследовать исчезновения посыльных — исчезновения, которым они с Призрачным Убийцей и стали причиной! С двумя спутниками она пыталась выведать, что нам известно про эти страшные преступления, чтобы безнаказанно продолжать совершать их!
Среди собравшихся раздались протестующие реплики. Некоторые спрашивали о доказательствах, другие о мотиве.
У Грейта был идеальный ответ.
— Она — шпион маларитов! Узрите сами! — он показал небольшую резную лапу на кожаном шнурке, когти которой был усеяны застарелыми пятнами крови. Раздались испуганные крики; многие узнали пугающий символ звериного бога Чёрной Крови.
— Это висело на шее леди Венкир и является достаточным доказательством, даже если её деяния в точности неизвестны!
Толпа потонула в возгласах страха и мольбах о помощи. Люди просили своего защитника Грейта уберечь их. Некоторые требовали смерти Арьи.
Путник оскалил зубы и крепче стиснул рукоять меча под плащом. Ему пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы не бросится на Грейта.