Йозеф Гравиц пристально наблюдал за собравшимися в столовой сотрудниками класса D, присматриваясь к каждому из них, словно экспериментатор, выбирающий лабораторных крыс для предстоящих опытов. Собственно, старший научный сотрудник этим и занимался, разве что вместо грызунов он использовал людей.
Йозеф уже много лет работал на Фонд, и за свою карьеру отправил на тот свет десятки расходников. Многие из них были подвергнуты заведомо смертельным экспериментам с аномалиями вроде Разумного Вируса или Инфекционного Кристалла. Кто-то выживал, чтобы затем быть отправленным на вивисекцию с целью подробнейшего изучения влияния SCP-объектов на человеческий организм.
Вся Зона 19 была для Гравица одной огромной лабораторией, щедрой на передовое оборудование, доступ к секретным документам и, главное, возможностью ставить опыты на людях. За пределами Фонда Йозеф был бы лишен всего этого, но здесь его стремление к научному познанию не было ограничено ни общечеловеческой моралью, ни уголовным кодексом.
И, наконец, Йозеф работал с объектами, о существовании которых вся мировая наука даже не подозревала – редкая честь, о которой любой другой исследователь мог бы только мечтать! Многие из них были столь же опасными, сколь и великолепными, и Йозеф хотел узнать о них как можно больше, даже если ради этого придется принести в жертву весь персонал класса D, находящийся в Зоне 19. Для него эти люди были сродни лабораторным крысам – и Гравиц уже давно перестал испытывать к ним жалость и сострадание. Единственное, что в таком случае ему бы пришлось на какое-то время прервать свои исследования, пока вербовщики Фонда ищут для него новых подопытных.
Иное дело - SCP-объекты, каждый из которых был во много раз ценнее, чем сотни и тысячи расходников! Столь разнообразные по своим способностям и внешности, зачастую единственные в своем роде! Каждый раз, видя их в действии, Йозеф испытывал неподдельное восхищение, даже если это зрелище сопровождалось чьей-то смертью.
Человеческая жизнь мимолетна, и однажды Йозеф Гравиц покинет этот мир, как и все смертные, будь то могущественные руководители Зон или бесправные дэшки. Однако плоды его исследований останутся и послужат новым научным сотрудникам Фонда, которые будут на них опираться.
Йозеф Гравиц будет продолжать работу до последнего вздоха, чтобы обессмертить свое имя!
Роберт неоднократно видел этого пожилого худого мужчину, одетого в белый халат и постоянно сопровождаемого как минимум двумя охранниками, которые, очевидно, выполняли роль его телохранителей, когда он появлялся в тех участках Зоны 19, где мог пересечься с дэшками, по определенным причинам оказавшимися вне своих камер. Этот старик нервировал Войта не меньше, чем Тимоти, и на то была веская причина: всякий раз вскоре после того, как научный сотрудник появлялся здесь, кто-то из расходников бесследно пропадал, и вряд ли это было простым совпадением. Для персонала класса D этот человек был сродни ангелу смерти, очевидно, приходившему сюда лишь с одной целью: найти себе очередную жертву, которой суждено сгинуть в ходе его садистских экспериментов.
Вот кого Роберт ненавидел больше, чем охранников, так это проклятых ученых! Если сотрудники службы безопасности были всего лишь этакими цепными псами Фонда SCP, то эти монстры в человеческом обличье олицетворяли его воспаленный ум. Именно они ставили чудовищные опыты на людях, пытаясь узнать, на что способны SCP-объекты. Как именно они воздействуют на людей. Как убивают. Сколь бы ужасными ни были некоторые из содержавшихся в Зоне 19 тварей, по своей жестокости они не шли ни в какое сравнение с теми, кто без угрызения совести посылал себе подобных на страшную смерть.
Раз этот старый ублюдок здесь, значит, кто-то из коллег Роберта уже обречен. А может, и он сам.
Войт почувствовал, как его сердце учащенно заколотилось, а руки против воли сжались в кулаки, когда он понял, что конвоир проведет его совсем рядом с ученым. Вскоре ненавистный вивисектор оказался настолько близко, что Роберт смог прочитать надпись на его бейдже.
«Старший научный сотрудник Йозеф Гравиц, значит! Так тебя, скотина, зовут!»
Поймав на себе полный нескрываемой ненависти взгляд расходника, ученый посмотрел ему в глаза и мерзко ухмыльнулся. От этой ухмылки Роберту стало не по себе: похоже, Йозеф положил на него глаз.