«Почему этот запах мне будто бы знаком? Я что, раньше был химиком? А, к черту! Не об этом сейчас надо думать!»
Положив левую руку на хвост, тем самым придерживая его, Роберт занес нож над оголенным остистым отростком позвонка, намереваясь ударить по нему со всей силы, чтобы от кости наверняка откололся маленький фрагмент, пригодный для изучения. И надо было поторопиться: с каждой секундой хвост Рептилии дергался все чаще и сильнее.
Луис Мартинес не мог на это решиться. Да, он понимал, что охранники не выпустят из камеры ни его, ни Роберта, пока расходники не закончат со сбором образцов, однако ему никак не удавалось побороть свой страх и раздвинуть сомкнутые веки чудовищного ящера, способного одним укусом отправить человека на тот свет. Раз за разом дрожащая рука тянулась к голове твари – и останавливалась в нескольких сантиметрах от цели.
«Чертов Фонд с его чертовыми объектами! Да чтоб вам всем в Аду икалось! Неужели этот старый засранец Йозеф настолько уверен в своем транквилизаторе, что считает, будто гребаная ящерица не проснется, когда я стану выковыривать ей глаз?! Вот сам бы пошел сюда и попробовал, а я бы понаблюдал за этим с безопасного расстояния!»
Может, Роберту хватит на это смелости? Вот он уже готовится отколоть фрагмент оголенного позвонка, крепко взяв Рептилию прямо за ее извивающийся хвост! Стало быть, он скоро закончит и поможет Луису. Ох, хоть бы охранники не вздумали вмешаться, коль один дэшка решил выполнить работу напарника! За это ведь не устранят, верно?..
«А хрен этих мудаков знает! Мы же для них просто расходный материал – и нас могут грохнуть по малейшему поводу! Вспомни беднягу Купера!»
Так, еще одна попытка. На этот раз Луис сможет взять себя в руки!
Однако уже мгновение спустя D-4261 замер, словно статуя, парализованный страхом. Покрытые чешуей веки только что раскрылись без его участия – и теперь расходник видел отражение своего перепуганного лица в огромном желто-зеленом глазу. Черный вертикальный зрачок смотрел хищно и безжалостно, словно гипнотизируя, не давая ни закричать, ни броситься прочь от его ужасного обладателя.
А спустя мучительно долгую секунду, показавшуюся до смерти перепуганному Луису вечностью, распахнутая зубастая пасть устремилась к своей добыче.
Отчаянный крик и хруст ломающихся костей заставили Роберта тут же подскочить и повернуть голову в сторону источника этих ужасающих звуков. Увиденное шокировало.
Произошло именно то, чего они с Луисом боялись больше всего. Неуязвимая Рептилия проснулась – и сразу же после пробуждения принялась убивать. У несчастного не было шансов: его обмякшее тело безжизненно свисало из сжатой пасти, кровь струями стекала на пол, образуя лужу. Тварь пару раз резко мотнула головой, словно акула, рвущая свою добычу, и тело Луиса развалилось на куски, с глухим стуком упавшие на пол.
Роберт будет следующим.
Ему не удалось сделать для своего крайне маловероятного спасения ровным счетом ничего. Огромный хвост Рептилии, судорожно дернувшись, обрушился на расходника, сбив его с ног и отбросив к стене. Удар, боль – и сознание Роберта померкло.
Аромат свежепролитой крови пьянил, придавая сил и поразительно быстро избавляя от еще несколько секунд назад казавшейся непреодолимой сонливости. Вид двуногих, маячащих прямо перед глазами и направивших в ее сторону оружие, заставил бы Неуязвимую Рептилию презрительно усмехнуться – если, конечно, SCP-682 был бы на это способен.
Глупые людишки! Похоже, они так и не поняли, что все, что бы они ни придумывали, пытаясь взять ее под контроль, было никчемно и бесполезно – как и они сами. Организм ящера играючи перерабатывал любые яды, пули и прочие опасные для этих слабых созданий штуки. Переработал он и новый препарат, который, очевидно, был разработан как мощное снотворное. Возможно, он был создан специально для нее – и его изобретатель наверняка гордился собой, наивно полагая, что его жалкий умишко нашел способ остановить совершенную машину для убийства!
Однажды Неуязвимая Рептилия доберется до этого глупца и уничтожит его. Она уничтожит всех, кто имел несчастье оказаться с ней в одном комплексе – и не имеет значения, носят ли они оранжевые робы или белые халаты. Люди недостойны жизни!