Глаза постепенно привыкали к яркому освещению. Джоуи плечом поправил сползшие с носа очки и успел разглядеть несколько боевых кораблей и один грузовой шатл с суетившимися между ними людьми в форме до того, как его толкнули прикладом к двустворчатым дверям.
Сверху горела надпись «БЛОК СВЕТОВОЙ ПЕТЛИ. ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЁН». Солдат, который минутой ранее велел ему опустить руки, приложил ладонь к небольшому сенсору. Датчик тут же сработал, мигнул зелёным, и створки с шорохом разъехались в разные стороны.
Блок световой петли представлял собой небольшое помещение с квадратными лампами на потолке. Как следует осмотреться Джоуи не успел. Всё его внимание захватил корабль, закреплённый в световой установке. Её ещё не подключили, но механики уже скручивали последнюю скобу.
В космической технике Джоуи Эмбер мало что понимал. Он никогда не покидал пределы станции, большую часть жизни провёл в медицинском блоке и гордился получением лицензии на работу с «Гиппократом-2» — капсулой, замещающей врача на борту космического корабля. Прототип старый, но рабочий. Это был единственный аппарат, с которым Джоуи нашёл общий язык.
Но даже его дилетантского взгляда хватило, чтобы понять — эта штука в световой установке не предназначена для дальних космических путешествий. Её максимум – полёт от одной станции до другой. С вероятностью восемьдесят процентов в один конец.
Алюминиевая обшивка потемнела, выглядела помятой и вызывала большие сомнения в своей прочности. Сопла двигателя заржавели. Иллюминаторов не было — их заварили, из-за чего корабль выглядел как вытащенный из земли крот.
Единственная связь с миром — маленький круглый люк. Из него как раз высунулся один из рабочих и крикнул кому-то, что морфрамовый отсек полон. Ему ответили с другого конца блока невнятным окриком, и рабочий, кряхтя, спустился по ступенькам приставленной к люку лестницы.
В том, что это он — капитан и единственный пассажир этого ископаемого времён освоения Марса, Джоуи Эмбер не сомневался, но всё-таки не удержался от вопроса:
— Я полечу в этом?..
— А ты ждал шатл класса люкс? — хмыкнул один из солдат. Джоуи пожалел, что открыл рот. — Когда преступникам будут выделять такие, клянусь, первым же делом придушу взводного…
— Единственный, кого ты сможешь придушить, это свой халапеньо на толчке, — гоготнул его товарищ.
Солдаты неприятно рассмеялись. Джоуи выдавил улыбку, про себя кривясь от грубого солдатского юмора, и снова взглянул на корабль. На глаза попалась почти стёртая надпись, кажется, на русском, но Джоуи был не уверен. Подошёл бы поближе, но не хотел провоцировать солдат. Поверх надписи свежей краской было выведено число — 3.
Три… Значит, таких как он, было двое. Приговоренные к казни преступники Железной дюжины, решившие побороться за ещё один шанс. Странно, что не больше. Неужели предпочли смерть второй попытке?
«Смотря какая попытка. Есть вещи, куда хуже смерти».
— Лицо попроще, Джоуи, — вывел его из размышлений знакомый голос. Он повернул голову в сторону говорившего и узнал в нём Райана Хила, майора Центра космических исследований и разработок. Тот улыбался во все тридцать два зуба, будто позировал для голограммы на щите. — Малыш не так плох, как кажется. В него встроено гравитационное ядро и даже есть санузел. Полетишь и не заметишь, будто к твоей каютке приделали реактивный двигатель.
Охранявшие Джоуи солдаты замолкли, вытянулись по струнке и отдали майору честь. Райан повторил их жест и заложил руки за спину, с улыбкой кивнув.
— Вольно, солдаты. Возвращайтесь на пост. Передайте вашему старшóму, что приказ выполнен.
— Разрешите обратиться, господин майор. По протоколу нам велено проследить за погрузкой заключённого… — начал было один из солдат, снова прислонив руку к козырьку фуражки, но Райан Хил слушать не стал.
— Отставить. По решению Верховного сената заключённый Джоуи Эмбер переходит под юрисдикцию Центра КИР. Стационарная гвардия к этому отношения не имеет. Свою задачу по транспортировке вы выполнили, дальнейшее вас уже не касается.
Солдаты обменялись короткими взглядами, но спорить не решились. Отдали честь, одновременно рявкнули: «Во имя Коалиции!» и, повернувшись на сто восемьдесят градусов, через минуту исчезли за дверями светового блока.
Едва за их спинами закрылись створки, Райан подошёл к Джоуи и ввёл на сенсорной панели наручников короткий код. Те пискнули, расстегнулись и упали на ладонь майора.
— Понаберут по голограммам, потом мучайся с ними. Протокол, Джо, не серчай, — подмигнул он заключённому. — Это я знаю, что ты не опаснее сонной мухи. Хотя Финч Крамер мог бы подтвердить, что мухи иногда страшнее взрыва ядерного реактора. Не обижайся, старичок, — тут же похлопал он нахмурившегося Джоуи по плечу. — Между нами говоря, Финч получил по заслугам.