Джоуи Эмбер промолчал, с удовольствием растирая затёкшие запястья. Язык у Хила был без костей ещё до того, как тот поступил в армию, и лишь ближе к тридцати пяти годам он научился за ним следить. С переменным успехом. Джоуи не обижался, на правду не принято обижаться.
— Я не хотел бы сейчас говорить об этом, ведь за сегодня его лицо я вспомнил всего лишь раз пятьдесят. И там, — кивнул он на корабль, поправляя на покрывшейся испариной переносице очки, — у меня будет время повспоминать Крамера.
К майору подошёл один из работников светового блока, невзрачный старик со встроенным кибернетическим глазом, тоже в военной форме, и доложился, что сборка световой установки завершена и модуль будет готов к Петле через двадцать минут. Райан кивнул и всучил ему наручники.
— В мастерской рюкзак, принеси его сюда.
Военный отдал честь, заверил, что делает это во имя Коалиции, и исчез в другом конце блока. В Центре космических исследований и разработок Райан был важным человеком благодаря своей харизме, храбрости, уму, ну и конечно, длинному языку. Они сделали из него майора. Джоуи считал его одним из немногих достойным этого звания. Его лучшего друга называли лягу́шем — во время катаклизма на Ессионе он выживал в её пещерах и даже вывез кого-то с собой на фаэтоне. Почему лягушем, Джоуи не знал. Райан Хил был героем, большего знать не нужно.
— Выглядишь лучше. — Майор с придирчивостью оглядел его. — Костюмчик астронавта, конечно, великоват, но тебе идёт, прямо выпускник лётного училища. Ребята не переусердствовали в своём стремлении к правосудию?
— Если только приказ держаться за яйца можно таковым считать, — пожал плечами Джоуи и улыбнулся в ответ. Всё-таки увидеть лицо старого друга перед отправкой в другую галактику лучше, чем слушать солдатские насмешки. — Я рад, что ты пришёл проводить меня. Не хотелось бы, чтобы моим последним воспоминанием о доме была эта парочка клоунов.
— Не льсти себе, старичок, — ответил Райан, посмеиваясь. — Сюда не пустили даже твою жену. Если бы полковник лично не вписал моё имя в служебку, клоуны и усаживали бы тебя в модуль под белы рученьки. Как, поджилки ещё не трясутся?
— Нет, совсем нет… — ответил Джоуи, ненавидя себя за то, как промямлил эти слова.
В улыбке и взгляде Райана появилось столько снисходительной доброты, что захотелось ему врезать. Уж кому, как не ему знать, насколько Джоуи претила сама мысль о полёте в космос. Его миром был «Алькатрас-16». Безусловно, он знал, что существует за пределами станции: пять безжизненных планет с жестоким климатом, холодная недружелюбная звезда и ещё одиннадцать таких же станций, как Алькатрас.
В немногочисленные иллюминаторы Джоуи видел бездонную черноту галактики и огоньки далёких звёзд, таких же равнодушных, как и их собственное солнце — Пантеон, понимал, как безграничен космос, и всё же не хотел знать ничего, выходящее за пределы крепких стен.
— Если это модуль, то не удивительно, что он такой маленький и потрёпанный. Новые прототипы уже давно не собирают, — пробормотал Джоуи, теребя длинные рукава формы астронавта. Напоминало рукава его формы в медблоке. — Когда ты сказал, что существует программа «Зеница», я решил, что ты не придумал ничего лучше, чтобы успокоить меня перед выбросом в космос. Но это… Клянусь Тесла, это оказалось правдой!
Модуль был таким невзрачным и тёмным... Его будто прожевал огромный пресс, но почему-то теперь Джоуи испытывал к нему другие чувства. Тоскливую нежность и давящее одиночество. В вакуумной пустоте только они и будут друг у друга.
— Это не кнопка перемотки на планшете, старичок, — потрепал его по плечу Райан. В голосе его появилось сочувствие. Скобы световой установки уже собрали и производили последнюю проверку умформера — источника питания для всего модуля. — Все будут помнить, что ты сделал...
— Я знаю-знаю! — отмахнулся Джоуи. Будто он не пережевал все эти мысли на узкой койке следственного изолятора. — Главное, что я буду вместе с Линдой и Майком, этого достаточно.
Он по привычке потёр большим пальцем левой руки безымянный палец, ища обручальное кольцо. Но его не было, изъяли вместе с другими личными вещами при аресте. Среди них оказались электронное удостоверение врача «Алькатраса-16», лицензия на работу с капсулой «Гиппократ-2» и даже его очки в старой металлической оправе. Сьюзан уговаривала его перейти на линзы или хотя бы взять модель получше, но Джоуи всё откладывал.