— Модуль может выдержать полёт в космосе, но не на большие расстояния, сам понимаешь. Поэтому во избежание разгерметизации запаивают все слабые точки. — Райан махнул рукой. — Поверь, они тебе не понадобятся. У тебя будет особенный иллюминатор.
— Надеюсь, не дырка в унитазе, — поправил очки Джоуи. Он почти не расстроился. Вид точек на темном покрывале пустоты его нервировал.
— Нет-нет, хотя фотографии с этого ракурса Центр нашёл бы занятным, — усмехнулся майор Хил и подвёл друга под самый нос модуля, указав на небольшой прямоугольный аппарат. — Это астрограф, делает фотографии и записывает видео. Фотографии сразу же поступают в память компьютера, обрабатываются и передаются в печатающую головку, которая с помощью лазера тут же воспроизводит их на бумаге. Видео тоже сохраняется в памяти и конвертируется. Чем больше соберёшь и доставишь на Алькатрас, тем лучше.
— Я читал об этом в договоре, — кивнул Джоуи и, помявшись, всё-таки спросил: — С управлением реально способен и дилетант справиться?
— О каком управлении ты говоришь, старичок? — по-доброму рассмеялся Райан. — После Петли корабль будет двигаться по заданным координатам. Техники занесли в программу автопилотирования те точки, которые представляют интерес для Центра…
Джоуи озарила догадка. Он схватил майора под руку, притянул к себе и, мельком оглядевшись, прошептал:
— Несмотря на решение межстационарной Конвенции, они ищут Планету Х?
Райан оглядел помещение светового блока, людей, что подготавливали модуль, и перевёл взгляд на друга. С Джоуи они были знакомы со школьной скамьи, и этот щуплый очкарик ничуть не изменился за столько лет. Остался таким же пугливым и добродушным растяпой. Удивительно, как ещё ребёнка зачать сумел.
«Растяпа-то растяпа, а всё ж таки он завалил Финча Крамера, и ему уготован Полёт, которому не позавидуешь…» — промелькнуло в голове Райана.
Он ещё раз вгляделся в лицо Джоуи, за месяц следствия осунувшееся и постаревшее лет на пять. Под глазами залегли тёмные круги, прячущиеся за металлической оправой. Появились маленькие морщинки между бровей и в уголках глаз. Да и сам взгляд, некогда открытый и мягкий, стал острее, подозрительнее, злее.
Джоуи улыбался, был искренен и приветлив, но намётанный за годы службы глаз Райана не обманешь. Убийство лучшего борт-механика станции открыла те двери, которым следовало бы оставаться закрытыми.
Майор попытался представить, с каким лицом его друг, который плакал из-за засохшего цветка в тринадцать лет, смотрел, как другой человек задыхался в открытом космосе, а затем с хладнокровием профессионального убийцы избавлялся от улик. Квазар, его бы и не поймали, если бы не его ассистентка Молли Хупер!
— Вот что, Джоуи, — наконец, заговорил Райан и положил ладони на худые плечи под белой формой астронавта Центра КИР. — В системе Пантгелия пять планет, и найденных на них ресурсов хватает для поддержания всей Железной дюжины. Но что будет через сто или двести лет? В долгосрочной перспективе это Полёт в один конец. Мы медленно будем умирать от голода и холода, если не найдём планету, способную вместить нас и обеспечить минимальным: твёрдой поверхностью, водой и оптимальным газовым составом.
— Для этого и придумали «Зеницу», — отведя взгляд, кивнул Джоуи. Он не спрашивал — утверждал. — Программа поиска жизни за пределами Пантгелии. Не я первый, не я последний. Я всё понимаю, поэтому не делай такую кислую мину, скулы сводит. — Он поднял голову, улыбнулся и похлопал Райана по руке, как бы говоря, что тому не обязательно раскрывать государственные тайны Коалиции, чтобы в чём-то его убедить. — Лучше расскажи, как там внутри.
— Никогда не думал, что ты окажешься одним из них… — прошептал Райан, вздохнул, провёл ладонью по волосам, портя идеальную военную укладку, и повёл Джоуи к входному люку. — Система жизнеобеспечения выкручена на максимум. Запасы рассчитаны на твой маршрут. Хватит с головой, если не жить на широкую ногу. Старые модуля не поддерживают высоковолновые радиочастоты, которые установлены, например, в шатлах космодесанта, поэтому связи с тобой не будет. Придётся тебе полагаться на свои силы.
— Читал об этом. Наконец-то, тишина, — усмехнулся Джоуи, делая вид, что при первом прочтении договора не пришёл в ужас. — Подарок машинных богов после медблока и шестилетнего ребёнка.
Модуль притягивал взгляд. Ему всё хотелось рассмотреть надпись «Восток-45» на обшивке. Ещё хотелось коснуться её, провести пальцами по изъеденному временем аллюминию. Джоуи не страдал романтизмом, но уже понял, что он и его модуль теперь они. И они — третьи в программе «Зеница».