— Не обращай внимания, не выспалась.
— В клуб какой-то новый ходила?
Да есть ли у Дианки хоть что-то на уме кроме клубов!
— С подружкой сидели, не рассчитали время. Домой заехать я бы уже не успела. В общем, лекции переписать я тебе не дала потому, что просто не смогла их захватить, а вовсе не потому, что мне жалко.
Ершистость, как и обычно, сработала. Дианка обиженно фыркнула и отстала. А Катя, отчего-то не особо обрадованная воцарившейся тишиной, уставилась на часы. Безотчетно отстукивая по парте неприятно дробный ритм.
Прошло пять минут с начала пары, а Руслан Ахметович все не появлялся.
Десять минут.
Пятнадцать…
Однако применить знаменитое правило и покинуть университет в полном составе группе не дали. Воспрепятствовал унылый магистрант, который перекрыл единственный выход и оповестил, что Руслан Ахметович заболел и передал задание. Которое надлежит выполнить прямо сейчас, на остатках пары, и так далее и тому подобное…
Если Руслан Ахметович был в состоянии передать задание — то он определенно был жив и в состоянии куда лучшем, нежели Катя себе нарисовала. Можно выдохнуть и уткнуться в полученную распечатку с вопросами. Чтобы еще через пару минут нервически заелозить снова.
Жив-то жив… но ведь не может он не помнить того, что произошло вчера!
И во что это может для нее вылиться, Кате не хотелось думать от слова совсем. Свои страхи с подозрениями к делу не подошьешь, вышедший из стены призрак тем более.
Призрака она из мыслей старательно выкинула. Равно как и две гвоздики, привязанные к дверной ручке. Наверное, ей это только почудилось, психика и не такое способна выкинуть. Таня бы наверняка сейчас сказала, что…
— Лаврухина!
Да и Руслан Ахметович человек уважаемый, в универе на хорошем счету… веселую жизнь с десятками пересдач он устроить ей в состоянии! Равно как и знакомство с отечественной системой правосудия. По менее тяжкой статье, тяжкие телесные вместо непредумышленного убийства, но тем не менее…
— Лаврухина!
— А?
Отреагировала Катя, только когда соседка по парте ткнула ее локтем под ребра. Подняла глаза на магистранта, тяжело вздохнувшего и устало потершего точку меж бровей.
— Тебе Руслан Ахметович книги передал, кстати. Зайдешь после пары на кафедру, заберешь.
— Какие книги?
Нет, теперь она решительно ничего не понимала.
— Ты ему статью должна написать, — пояснил магистрант. — Тему подберешь исходя из программы научной конференции, вам в рассылке позавчера отправляли… Сделаешь — тогда модуль закроет.
— А…
— А еще просил передать, что это последний шанс, Лаврухина. Он бегать за тобой не будет, и если тебе лень зайти к нему, то это твои проблемы.
Катя открыла рот. Закрыла. Кивнула.
— Спасибо большое.
Неужели Руслан Ахметович решил сделать вид, что ничего не было, а затем отыграться по-тихому… но вроде бы на то не похоже. Возникшее у нее чувство Катя не смогла бы объяснить с рациональной точки зрения, однако оно было достаточно сильно для того, чтобы в него поверить. Зла никакого не затаил, мстить не собирается… просто не помнит, что Катя вообще вчера к нему заходила.
И всего прочего, соответственно, тоже.
В целом, оно и немудрено, после такого удара по голове… надо будет, конечно, уточнить у Тани, бывает ли так на самом деле, а не только в плохих книжках про хороших девочек.
— А можно мне так же?
— Тебе нельзя, Звонарев. Твои прогулы закрыть сможет только Моисей, если будет сорок лет ходить по преподам.
Дальнейшие возмущения одногруппника Катя уже не слышала. У нее наконец-то более-менее отлегло от сердца, не придется больше дергаться от каждого шороха и глушить валерьянку (или вино из тетрапака) ударными темпами. Обошлось, пронесло — да как ни назови, легко отделалась!
Экран телефона загорелся свежим уведомлением. Катя скосила на него глаза… и эйфорическое настроение заметно притухло.
Сообщение от Оли гласило:
«Ждем с Танюхой после пар. Поедем смотреть, что там у тебя с квартирой».