На этот раз Камилла не смогла удержать слез, хрустальные капельки покатились по ее побелевшим щекам.
- Она выпала из кареты еще до того, как марийцы ее перевернули.
Дрожь пробежала по телу Демида.
- Где она?
- Мы не нашли ее, Ваше Величество, - ответил рыцарь. – Всё обыскали, но она словно сквозь землю провалилась.
Демид едва совладал с собой. С Сусанной могло случиться что угодно, если ее не убили марийцы, то загрызли голодные звери в темном лесу.
- Она не могла бесследно пропасть, - возразил он больше себе, чем рыцарю. – Если марийцы ее не схватили, значит, она бежала в лес. Господи, Санна. Ее могли загрызть волки, медведь, кто угодно. Вы лес обыскали? Она могла умереть с голоду. Или от жажды. Сколько дней прошло.
- Мы всё обыскали.
- Значит, плохо искали. Покажите мне это место.
Рыцарь осторожно покосился на Августа, тот дал утвердительный кивок.
Демид прибыл на место нападения. Дорога была истоптана следами лошадей, а после они бесследно исчезали, словно здесь были невиданные звери. Демид подошел к разломанной карете, от которой остались лишь щепки, пригодные только на растопку печей. Вещи принцесс разлетелись по округе, будто в дороге их настиг ураган. Демид осмотрел каждую кочку, каждую ямку, будто мог найти в ней Сусанну, но вид разбитых вещей, вспаханной земли и поломанных молодых деревьев лишь больше убеждал его, что в живых она не осталась.
- Здесь нападающие настигли карету окончательно, - сказал рыцарь. – Дальше есть еще одно место, там лежат упавшие с кареты вещи. И судя по следам, принцесса Сусанна выпала именно там.
Сердце Демида сжалось. Еще в деревне с ним поделились обо всем и рассказали, что тела принцессы нет, но слышать об этом было все равно трудно.
- Покажите мне его, - попросил он.
Рыцари провели его вдоль дороги на некоторое расстояние ближе к границе Марании. На самом обрыве лежала часть дверцы от кареты, а в логу, сопровождавшим в этом месте дорогу, разлетелись сундуки и чемоданы, превратившись в мусор. Демид осторожно спустился вниз. Трава была сбита. Не было никаких сомнений – Сусанна упала именно сюда, а на деревяшках, разбросанных вокруг, виднелась застывшая кровь. Демид оглянулся, чем дальше уходил взор, тем непрогляднее становился лес.
- Обыщите лес, - приказал он своей охране.
- Мы дважды проверили лес, Ваше Величество, - сказал рыцарь Дармии, - в нем никого нет.
Демид проигнорировал его слова. Ему не хотелось верить, что Сусанна умерла. Его любимая златовласка, так мечтающая побывать в садах замка Ривгорода. Она была счастлива, живя своей мечтой, и желание ее могло вот-вот исполниться. Если бы не разбойники.
- Я убью их! – рассердился Демид, сжав кулаки. – Уничтожу их общину к чертям. – Он резко развернулся и стал стремительно подниматься в гору. - Я сравняю их лагерь с землей!
- Ваше Величество, - бросился за ним Аскольд.
- Приготовь людей, Аскольд. Мы немедленно выдвинемся в Маранию.
- Ваше Величество, - беспокойно вздохнул рыцарь, - марийцы хорошие воины.
- Они всего лишь кучка никчемных разбойников! – прорычал сквозь зубы Демид. Алента годы противостояла Бернарии, и запугать ее какой-то маленькой общине он не позволит. Демид решил положить конец всем страхам и угрозам со стороны мистического сборища людей.
- Но у этой кучки непростая армия, - возразил Аскольд. – Ваше Величество, мы намерены воевать с Бернарией и ее союзниками, новые враги нам ни к чему.
- Они не страна. Что может сделать целому государству какая-то община? – едва не прикрикнул Демид.
- Разве вы не слышали? – осмелился вклиниться в разговор солдат Дармии. – У них проклятые земли. Любой, кто осмелится ступить туда, обречен на гибель.
- Я с детства то и дело слышу об их проклятьях, драконе, магии и Бог знает, о чем еще. Вы хоть раз всё это видели?
- Что вы, Ваше Величество, - отмахнулся солдат, – стоял бы я тогда перед вами.
- Эти рассказы не беспочвенны, Ваше Величество, - добавил Аскольд. – Иначе как объяснить, что, не имея собственных земель, кроме туманных долин и пещер, страны и власти, марийцы, тем не менее, независимы от всех государств? Ваш отец однажды был свидетелем странного явления на границе Марании с Халоной. Воины Халоны бежали без оглядки, задрав хвосты, на их лицах был неподдельный ужас, их охватывал зверский страх. Он бежали прочь, бросая всё: ружья, лошадей, припасы. А выжившие после этого твердили, что их хотел съесть сам дракон. Он вылетел с долин Марании, оглушал своим криком и поглощал всех на своем пути.
- Да-да, - заручившись поддержкой Аскольда, закивал солдат, – марийцы слывут ведьмаками и шаманами. Они приносят в жертву человеческие тела, чтобы тот дракон их не трогал, но прогонял прочь чужестранцев. Разве вы не знаете? Марийцы поклоняются ему, как божеству. У них у всех на запястьях вырезан силуэт дракона в знак вечной ему покорности. Только собственной пролитой кровью в этом обряде они могут доказать, что достойны его снисхождения и опеки.