- Будет сделано, Ваше Сиятельство. – Выслушав его задумку, в лице поменялся даже Норман. Он позабыл недавний конфликт, отдав предпочтение общему делу и единой судьбе.
Ян в компании друзей, с которыми завтра они собрались выезжать в Аленту, проводили Нормана взглядами, пока тень его полностью не скрылась за углом соседнего домика.
- Не часто я в нем таких изменений вижу, - протянул щупленький Филипп. – Ты творишь чудеса, Ян. А он еще задается вопросом, почему тебя так Овидий Абрамович выделяет. Когда ты успел продумать весь этот план? Утром о принцессе еще и намека не было.
- Дар с выше, Филипп, - улыбнулся Ян мальчишке с кудрявыми русыми волосами. Он часто напоминал ему самого себя, в свое время, в его возрасте Ян также с упоением погружался во всё, чему обучал его старейшина.
- Серьезно, - присоединился к вопросу Мартин, не просто друг - родственная душа Яна. – Ты не мог ее видеть раньше.
- Всё просто. - Ян засмеялся над серьезными лицами коллег. – Когда Норман тащил её мимо меня, она кричала, что принцесса и король Аленты нас всех покарает. Она не знала, что ее кто-то понимает, Норман-то не понимал.
Компания радостно засмеялась. Это была удача из удач. Алента ступила в болото, которое проглотит страну с головой. Алента оказалась на шаг ближе к смерти.
Ян велел готовиться к завтрашнему отъезду. Сам же направился к старейшине Марании, требовалось поведать о планах и ему. К тому же Ян рассчитывал получить от приемного отца нужные наставления и переночевать в доме, где для него всегда найдется место.
Глава 8
Сусанна открыла глаза, услышав в дверях шум. Она медленно пошевелилась, всё тело ныло от ушибов, щеки до сих пор горели от горячих ударов марийца, раненную ногу тянуло. Она так устала накануне, что совершенно не помнила, как уснула, только лишь коснулась чистой постели, как провалилась в сон.
- Доброе утро, - обратился к ней вчерашний незнакомец, вызволивший ее из лап остервенелого марийца. Сусанна напряглась, может Ян и спас ее, но неизвестно, чего стоило ожидать от него.
Ян поставил кувшин с водой на туалетный столик и положил рядом пару чистых полотенец.
- Прости, если разбудил. Как себя чувствуешь? – Он не подходил близко, дальше в комнату проходить не стал, остался возле входа.
Сусанна задумалась. Физически она была раздавлена, тело болело и ослабло. Морально хорошим самочувствием она похвастаться тоже не могла. До сих пор внутри разрывало сердце и щемило душу в слезах от представления кончины брата и сестры. Настроение было ужасным.
- Нормально, - хриплым голосом прошептала Сусанна.
- Мы с ребятами на углу дома. Завтракать будем, присоединяйся, - сказал Ян и вышел.
Шевелиться совсем не хотелось, голова гудела от боли, но голод все же подкатывал и заставил Сусанну подняться. Она привела себя в порядок, насколько позволяли стесненные обстоятельства, и осторожно выглянула на улицу. Яркое утреннее солнце ослепило глаза. Та Марания, которую она видела из окна кареты, покрытая мраком и густым туманом, и озаренные в белых лучах света улицы не складывались в единый образ. Небо над головой было кристально чистым, оно блестело и завораживало глубокой синевой, воздух прозрачный, при одном лишь вздохе освежал весь организм.
Привыкнув к яркому свету, какого в Аленте не было даже в самый солнечный день, Сусанна осмотрелась. Небольшая улочка в несколько деревянных домов, которые можно было пересчитать по пальцам. Были среди них и достойные постройки, с красивыми резными рамами, печными трубами на крышах, высокими крыльцами. После них домик Яна казался чем-то вроде чулана. На углу дома стояла повозка с подготовленными к перевозке мешками и ящиками. А чуть поодаль, на поляне, расположились и сами люди, среди которых Сусанна и заметила Яна.
Прихрамывая, Сусанна медленно подошла к компании мужчин, опасливо оглядев каждого в поисках вчерашнего разбойника. К ее радости, мужчины там не оказалось.
Ян, заметив ее, освободил место на небольшой скамье.
- Присаживайся, - он помог ей присесть. Сам расположился рядом.
- Сегодня у нас скромный завтрак, - протягивая еду, сказал ей молодой человек, - каша и кусок хлеба с квасом.
Сусанна проглотила голодную слюну. Она так хотела кушать, что состояние завтрака ее совершенно не интересовало. Только съев половину пищи, она рассмотрела, что хлеб был серым, а каша переварена. Но, тем не менее, еда казалась настоящим пиршеством, что устраивали в замке во время праздников. Она съела всё практически мгновенно. Ян и его друзья какое-то время смотрели на нее с интересом и переглядывались между собой.