- Если скажешь, что ты и мечом орудуешь также прекрасно, как твои братья, это окончательно перевернет мой мир, - заметил Стасий.
Сусанна засмеялась.
- Нет, к сожалению, до их мастерства мне очень далеко.
- А они очень умелые?
- Иногда, кажется, что один из моих братьев родился уже с мечом в руках, он никогда с ним не расставался.
- Значит, мечом орудует в совершенстве даже ногами? – прищурился Стасий.
- Да, - беззаботно кивнула Сусанна. Стасий кивнул, о чем-то задумавшись.
- Где вас носит? – обрушил за спинами свое негодование Мартин.
- Лошадей пасем, - обескуражено протянул Стасий.
- Что их пасти? Они сами, куда надо сходят, - недовольно отозвался Мартин. – Возвращайтесь в лагерь.
- А что такое? Капитан в гневе? – поинтересовался Стасий.
Торговцы часто называли Яна капитаном, помимо прямого указания на положение главного в их команде, это слово нередко обретало свойство прозвища.
Мартин не ответил, лишь звучно выдохнул и скрылся за кустами. Сусанна и Стасий переглянулись, мужчина пожал широкими плечами.
- Пойдем, кабан должно быть уже готов, - сказал он, поднимаясь на ноги.
Сусанна помогла Стасию собрать коней и вернуть к месту их ночлега. За время отсутствия на поляне действительно уже было всё готово, торговцы собрались возле костра, а в воздухе вкусно пахло мясом жареного кабана. Ночь выдалась звездная, на темное небо выкатилась яркая луна, летняя погода раскинула объятия и окутывала нежным невесомым ветерком. Впервые за время путешествия с торговцами Сусанна не испытывала дискомфорта, как психологически, так и физически.
- Как давно я не ел вкусного мяса, - поделился Филипп, уплетая мясо за обе щеки.
- Мы еще пива прикупили, - похвастался Николас.
- О! – отреагировал Филипп и протянул ему кружку, которую тот наполнил до самых краев.
- При… Гхм, - откашлялся Эл, - прекрасная Санна, не желаете ли выпить наивкуснейшего пива здешнего производства?
Несколько мужчин засмеялись. Усмехнулся и Ян.
- О, - вставил он, - как официально. Расслабься, Эл, мы не в замке.
- Но дамой Санна быть не перестала, - ответил Эл, подавая Сусанне кружку.
- Спасибо, ты не представляешь, как мне приятно, - сказала она.
- Подлиза! – прокомментировал Филипп, не переставая жевать.
- Фил, ты словно месяц не ел, - улыбнулся Ян.
- Знаешь, как это тяжело - собирать палатки, - с полным ртом отозвался Филипп. – Я словно мальчик на побегушках.
Торговцы засмеялись.
- А Санне было с тобой весело.
- Мне с ней тоже, - ответил Филипп, - но я хотел другим заниматься.
Торговцы снова засмеялись.
- Но это уже к ней претензии предъявляй, - сказал Мартин.
- В следующий раз на палатки не отвлекайся, - добавил Ян, после чего все снова громко засмеялись.
Сусанна вздохнула и уткнулась в свою тарелку.
- Будет сделано, капитан! – ответил Филипп. Он отставил еду в сторону и придвинулся к Сусанне. – Ты их извини. Они деревенщины, что сказать!
- Но ты тоже из деревни, - улыбнувшись, подняла голову Сусанна.
- Эй, я с тобой, как с другом поделился, - наигранно возмутился молодой человек.
- Я запомню, извини.
- Подружились все-таки, да? – перебрался ближе Ян. Его голос прозвучал холодно и как-то строго.
- Ян, - протянул в его сторону Филипп.
- Нет, - отозвался мужчина, - это здорово. Санна ведь…
Ян взглянул в ее глаза и умолк. Сусанна замерла, едва осознавая, что пристально рассматривает торговца и ждет его слов с трепетным нетерпением. Она погрузилась во взгляд его оливковых глаз, в ночи приобретших цвет сонной зелени. Он оказался так близко, что чувствовалось тепло его тела, действовавшего на нее притягательно. Огонь очерчивал силуэт его лица золотой нитью, тени по-особому ложились на его скулы и подбородок.
- Она… - медленно протянул Ян.
Сусанна ловила каждое его слово, с наслаждением улавливая голос.
- Сама, словно принцесса… - невнятно произнес Ян.
- Что ты хотел сказать? – уточнил Филипп, не расслышав его фразы.
- Ты прав, - выпрямил спину Ян. – Ты знаешь, что делать.
- Конечно, Ян, - заверил Филипп и вернулся к пище.
После ужина все разбрелись по раскинутому на поляне лагерю. Сусанна с небольшим исключением, стала для торговцев своей. Если в первые дни пребывания с ними она ощущала недоверчивые взгляды, перешептывания и речь то и дело менялась на марийский язык, который Сусанна понять не могла, то сейчас с ней обходились, словно с давней подругой. Даже самые неуступчивые и грозные мужчины в компании сдались под натиском ее дружелюбия, а Сусанна пыталась такой быть, несмотря на страх, который время от времени по ее телу проскальзывал.