Затем он стянул с себя рубашку, ставшую теперь ненужной тряпкой, и ополоснул тело водой.
Сусанна стояла, словно не живая, она уставилась на водную гладь реки и слушала, как разбушевавшееся сердце продолжает разрывать грудь изнутри, пронзая каждую клеточку тела изнурительной болью. Она не заметила, как уходил Ян, поняла только тогда, когда он вернулся с чистой одеждой в руках и осторожно коснулся ее плеча.
- К сожалению платьев, у нас нет, но Филипп такой же худой и мелкий, так что его одежда должна тебе подойти.
Ян положил одежду на берегу. Сусанна безмолвно кивнула. На небольшом расстоянии от них слышались голоса остальных торговцев, судя по тону, они ругались, но ни одного слова она разобрать не смогла. Сусанну меньше всего интересовали торговцы, она неустанно ревела, фантомы развернувшейся бойни, насилия и жестокости не оставляли ее. В каждом шорохе, в каждом движении она была готова разглядеть опасность, ее охватывал озноб, а дыхание перехватывало, и с каждым разом вспоминались ее погибшие родные, вспоминались убитые солдаты, те, кто еще успеет сразиться с врагом и отдать последние часы своей жизни. И тогда тело погружалось в ваакум, она словно бы умирала, погрузившись во мрак. Нет ничего хуже смерти. Сусанна боялась ее, боялась смотреть в ее бездонные омрачающие глаза, ощутить ее манящее дыхание, прикоснуться к неизведанному.
- Санна, - Ян схватил ее за плечи и вывел из раздумий, которые губили не хуже любого острого меча. - Ты вся в грязи и крови, - добавил он, привлекши к себе внимание.
Сусанна опустился взгляд, некогда восхищавшее ее платье свисало грязными лохмотьями, порванное, испачканное. Она посмотрела на кончики волос, достающих до талии, перепутанные, в крови и пыли, сейчас они ничем не напоминали о лоске жизни в замке, ни былой шелковистости, ни белоснежного блеска, который всех так завораживал. И кожа вся пропиталась грязью. Теперь Сусанна больше походила на крестьянку, чем на принцессу великого государства. Она начала понимать, почему бедные девушки так редко носили красивые яркие платья и выбирали неприметные серо-коричневые ткани, работа с землей не позволяла иных вариантов.
- Вымойся, - сказал Ян, - а мы пока перенесем лагерь поближе к реке. – Он погладил ее по щеке. – Мы будем рядом. Если что, кричи.
После того, как Сусанна кивнула, Ян удалился. Она осталась одна посреди воды и лунного света. Берега опустели, торговцы скрылись за поросшими вдоль реки кустами и вскоре за ними показался огонек.
Сусанна стянула с себя грязную одежду и вошла в воду, погружаясь в нее с головой. Хотелось смыть со своего тела все неприятные воспоминания, все похотливые прикосновения разбойника и все следы крови. Сусанна отчаянно терла тело, будто и впрямь могла избавиться от всего лишь водой. Но смывалась только кровь и следы грязи, память же была трезва как никогда и неустанно вертела воспоминаниями. Сусанна рыдала и продолжала оттираться, не оставляя напрасных попыток забыться. Успокоиться удалось лишь тогда, когда тело полностью охладело в ночной воде и стало замерзать. Сусанна выплакала все слезы, у нее разболелась голова, и исцарапалось все горло от частых всхлипываний и плача. Она вышла на берег и натянула на себя одежду, что принес Ян. Хоть он и заявлял, что Филипп был костлявым и маленьким, его одежда всё равно была слишком велика для Сусанны. Рубашка была едва ли не ниже колен, Сусанне пришло развязать манжеты рукавов, чтобы те свисали вниз, как на женском платье. А брюки, подпоясанные на талии, пришлось оборвать снизу, чтобы как-то ходить, иначе они норовили запутаться в ногах. Ян принес и жилет без рукавов, который Сусанна также надела на себя и затянула все завязки. Напоследок Сусанна заплела на голове две косы от самой макушки, так, что ни один волосок больше не мешал.
Сусанна вернулась к торговцам, расположившимся вокруг костра, и села на отведенное ей место. Альвин протянул ей флягу. Сусанна, не расспрашивая, что в ней, сделала пару глотков, чувствуя, как горячая жидкость обволакивает тело теплом. Он огляделась по кругу, рассматривая мужчин, все были целы, но кто-то больше или меньше ранен.
- Вы убили их? – тихо поинтересовалась Сусанна. Торговцы неуверенно кивнули.
- Всех? – уточнила она. Мужчины снова стыдливо кивнули.
- Хорошо, - выдохнула Сусанна и снова отпила из фляги.
Они мало разговаривали, больше пили и смотрели на потрескивающий костер, изредка кто-то обменивался фразами, торговцы начинали ругаться, но быстро умолкали и снова отпивали ром.
Сусанна осушила всю флягу, с каждым глотком ее тело становились все легче, боль отступала и даже навязчивые мысли и те пропали. Она потрясла флягу, но ром закончился.