Муры ужинали рано, в пять часов вечера. Я приехала с бутылкой трехдолларового белого вина и списком отговорок, чтобы уйти пораньше. Не то, чтобы они мне не нравились, или я не ценила их доброту — нравились. Но за всю мою взрослую жизнь меня ни разу не приглашали на ужин, и необходимость вести светскую беседу с кем-либо казалась мне огромным испытанием. Тут меня осенило, что я так и не познакомилась с миссис Мур.
Та же чертова ворона каркнула надо мной, будто смеялась. Я усмехнулась, подумав, что птица звучала как Ворон. Вспомнила его песню и очень конкретное упоминание об арахисе. Он, должно быть, пошутил надо мной, верно? Ворон не мог быть вороном в буквальном смысле слова… Я взглянула на черную птицу, взъерошившую свои перья, сидя на поросшем мхом водостоке дома. Что-то в том, как она двигалась... Мягкий мех прикоснулся к моим лодыжкам. Улыбаясь, я опустилась на колени, чтобы погладить оранжевую кошку.
Дверь открылась, и мистер Мур радостно пригласил меня внутрь. И вот тут-то все и стало по-настоящему странным.
Я никогда не бывала на верхних этажах дома, за исключением одного темного вечера, когда прокралась по лестнице в подвал прямо из комнаты их дочери. Находясь в своей промокшей квартире, я предполагала, что остальная часть старого дома тоже будет обставлена в стиле семидесятых. Я ожидала увидеть какую-нибудь модную расцветку, может быть, больше мохнатых ковров, плитку пастельных тонов. Но то, что меня встретило, было... шокирующим.
— Добро пожаловать, — сказал мистер Мур. — Еще раз, мы сожалеем о затоплении. И рады слышать, что ты нашла другое место, где можно остановиться.
У меня перехватило дыхание, когда я рассматривала окружающую обстановку. Вдоль стен стояли книжные полки, на которых сидели сотни, может быть, тысячи кукол, их маленькие глазки-бусинки смотрели на меня. Куклы в нарядных платьях рассажены на бежевом диване в гостиной, они каскадом свисали со старого телевизора и были сложены в ржавые красные вагончики у стен.
— Спасибо, что пригласили меня на ужин. Я вижу, у вас тут целая коллекция…
Мистер Мур вошел на кухню.
— Да, не обращай внимания на девочек. Они любят прыгать с полок. Иногда они еще и поют.
Он захихикал, когда я поставила вино на круглый стол. Во главе стола сидела большая кукла с белыми волосами, а рядом с ней — кукла поменьше, блондинка с косичками. Я узнала ее, она из комнаты для гостей. Это та же самая кукла. От вида ее стеклянных глаз и улыбки на красных губах струйки беспокойства поползли по моему телу.
— Эм... где миссис Мур? — спросила я, усаживаясь на сиденье рядом с куклой с тоненьким хвостиком.
Казалось, что на меня смотрели тысячи глаз. Это были всего лишь игрушки, но они имели жутковатый антикварный вид. Это не Барби, с которыми я играла в детстве. А те вещи, мимо которых вы проходили бы в магазине и вздрагивали, не понимая, почему они вас так тревожат. Что может заставить кого-то жить в доме, наполненном жуткими маленькими вещицами?
Мой домовладелец поставил тарелку с дымящимися свиными отбивными, картофельным пюре и кукурузой на мою кружевную салфетку и сел напротив. Он положил свою руку на стеклянную руку большой куклы.
— Она здесь, дорогая. Видишь, дорогая? Я же говорил тебе, что мисс Блайт нужна домашняя еда.
Слова застряли у меня в горле, а вилку я сжала в руке. Часть меня хотела рассмеяться, но серьезный взгляд мистера Мура дал понять, что он не шутил. Я не могла просто выбежать за дверь, хотя и думала об этом. Придется смириться и пережить этот странный, как ад, обед. Несмотря на свою... коллекцию... и веру в то, что кукла являлась его женой, мистер Мур всегда был добр ко мне. Я всегда знала, что он эксцентричен, но это…
— Приятно познакомиться с вами, миссис Мур, — сказала я... кукле.
Откусив кусочек свинины, мой пожилой бывший домовладелец улыбнулся.
— О, да, извини, дорогая, — сказал он большой кукле. — А это наша дочь, Элли-Мэй. Она приехала на неделю погостить.
Я кивнула, жуя картофельное пюре и пытаясь придать своему лицу нейтральное выражение.
— Приятно познакомиться, Элли…
— Элли говорит так тихо, что ее трудно расслышать. Она спросила, с кем вы подружились в городе. Может быть, она их знает. Элли — та еще светская бабочка. Правда?
Мистер Мур откупорил вино и наполнил каждый из четырех бокалов на столе.
Я уставилась в свою тарелку, чувствуя себя все более и более расстроенной. Так много кукол. Мистер Мур явно считал, что эти игрушки за столом живые, и это было трагично. Я догадалась, что он не часто принимал гостей, и у него не так много друзей. Я не хотела, чтобы он чувствовал себя осужденным или осмеянным, поэтому постаралась сделать вид, что все это нормально. Еще несколько кусочков, и я смогу притвориться, что Есения позвала меня обратно в магазин для срочной инвентаризации... или чего-то в этом роде.
— Я встретила несколько человек... своего возраста… — сказала я, глядя на улыбающуюся куклу рядом со мной. Я сделала глоток дешевого вина. — Конечно, Есения из «Магии», и кое-кого, кого вы тоже знаете. Доктора Коува.
— Кого? — спросил домовладелец, нарезая мясо, как будто это был совершенно обычный вечер.
— Доктор Эймс Коув? Он говорит, что является вашим другом. Он прожил здесь всю свою жизнь.
— Никогда о нем не слышал.
Что? Либо он что-то не так помнил, либо Эймс солгал, что знал моего пожилого домовладельца. Зачем ему это делать? Ночь, когда он подвозил меня домой, пронеслась в моей голове. Он знал, где я жила. Он знал, где я жила, до того, как я ему сказала. Мистер Мур, возможно, забыл, что не знает его... Но, несмотря на его странные игрушки и компаньонов по ужину... он всегда казался в здравом уме. Ну, за исключением того, что каждое утро подметал улицу.
— Ну, дорогая, она так быстро ушла, что я не успел ей сказать, — тихо произнес он... миссис Мур.
— Простите?
Осталось еще четыре кусочка. Мистер Мур покачал головой.
— Дорогая, ты испортила сюрприз. Тебе не следовало ничего говорить. Он сказал, что это секрет.
Я остановила вилку в воздухе.
— К-кто?
Я задрожала. Этого не могло быть. Мой домовладелец вздохнул и ласково улыбнулся беловолосой кукле.
— Кот вылез из мешка. Моя жена никогда ничего не умела скрывать. Ты — болтушка, да еще какая. — Он хихикнул.
Дрожащими руками я вытерла рот полотняной салфеткой.
— Расскажете мне? — мягко попросила я.
— Твой отец хотел сделать тебе сюрприз. Он приехал в город с визитом. Только не говори ему, что мы все разболтали, хорошо?
В глазах потемнело, и стало нечем дышать.
— Мой отчим звонил сюда? Вы говорили с ним?
— Нет, нет. — Мистер Мур откинулся на спинку стула, закончив с едой. Он взял крошечную стеклянную руку миссис Мур в свою. — Он приходил вчера. Показался довольно милым, но немного… странным, не так ли?
Мое сердце подскочило к горлу.
— Мой отчим... был здесь?
Невозможно было скрыть, что я дрожала.
— Дорогая, камин горит. Здесь достаточно тепло. Я не знаю, почему она дрожит. Да, Элли, я спрошу ее. Элли хочет знать, не хочешь ли ты взять один из ее подъюбников, чтобы согреться. Я могу подбросить еще одно полено в огонь…
Я встала.
— Вы уверены, что он был здесь, в вашем доме, мистер Мур? Очень важно, чтобы вы рассказали мне именно то, что помните. Он мог умереть. Его могли убить. Из-за меня.
— Ты в порядке, юная леди? Он был здесь, я видел его своими глазами. Саймон его зовут, да? Большой парень в комбинезоне. Сказал, что хочет поймать тебя, когда ты меньше всего этого ожидаешь. Сказал, что у него есть подарок, который тебе понравится.
Тысячи глаз вглядывались в меня через черное глянцевое стекло и синие ленты. Я встала со стула, и он упал.
— Простите, — заикалась я, — боюсь, я оставила плиту включенной в магазине. Мне нужно…
Пронзительный смех эхом разнесся по комнате, и я замолчала. Он раздался снова, и мы с мистером Муром уставились на стол. Элли-Мэй... кукла... издавала монотонное автоматическое хихиканье, которое звучало, как хихиканье маленького ребенка, и одновременно, вызывала ужас.