— Это не твое решение, а мое. Я решаю, куда ей идти, где спать и где безопасно, понял?
Он молча пожал плечами, когда я спросил:
— Почему ты привязался к ней, а? Скучно стало? Признайся.
— Мы не выбираем, с кем нам быть вместе. Я увидел ее и понял, и теперь ничего не могу сделать, кроме как помогать ей и заботиться о ней. Мы не враги, Призрак. Я не хотел проявить неуважение к тебе.
Выражение моего лица немного смягчилось.
— Мне всегда нравились птицы.
— Мы все помним и не забываем. — Он повернулся, чтобы посмотреть на магазин.
— Они уже дают ей уроки пилотирования на метле?
— Она сейчас собирает свои вещи. Не выглядит особо счастливой. С ней все в порядке, но она недовольна.
Я фыркнул.
— Это было видно за милю. Я не понимаю, почему такие, как вы, так любят ведьм. Они невыносимые всезнайки.
Ворон сунул руку в карман своего плаща и достал серебряное ручное зеркальце.
— Они хотят с тобой поговорить.
Я взглянул на зеркало.
— О, черт возьми. — Я выхватил его из его рук, покрытых перьями, и посмотрел на отражение. — Ты несешь чушь, ведьма.
— Я тоже рада тебя видеть, демон.
— Архидемон, — поправил я, не в настроении выслушивать реплики Марселины.
Ее лицо, ее
молодое
лицо, смотрело на меня в ответ. Она была очень похожа на свою внучку Есению, только... злее.
— Вы, должно быть, празднуете там, что так быстро развратили эту бедную девочку. От нее разит вашей мерзкой тьмой.
— Ты позвала меня, чтобы послушать, как ты разговариваешь, ведьма, или у этого разговора есть какая-то цель? Которую, кстати, ты могла бы обсудить лично. Я не причиню тебе вреда... снова.
Она хихикнула, прикрыв свои красные губы.
— О, за себя я не переживаю. Я боюсь того, что могла бы сделать с тобой, Призрак. И я не хочу иметь дело с последствиями действий твоих повелелитей. — Она замолчала и прищелкнула языком. — Эта девушка не ведьма, так что мы не обязаны ее защищать.
Я отложил зеркало в сторону, собираясь вернуть его Ворону, прежде чем услышал, как оно снова заговорило.
— Однако... — я поднял его обратно, встретив сердитый взгляд ведьмы. — Она нам нравится. В ней есть что-то такое... притягательное. Я никогда раньше не встречала существа, похожего на нее. Ее энергия...
— Она типичная
смертная, —
перебил я. — Что бы вы от нее ни почувствовали, это результат того, что я и мои братья принимаем ее. Я объявил ее своей.
— Думаешь, легионы и их повелитель последовали за ней в Ясеневую рощу из-за твоих темных ритуалов, Архидемон? До встречи с тобой?
Ее вопрос вызван любопытством, а не сарказмом. Итак, я ответил:
— Возможно. Ты в курсе, что некоторые из нас видят время в ином масштабе, чем другие. Я — нет. Однако некоторые из моего вида так могут, как и твои.
Она замолчала, многозначительно глядя на меня. Прошло сто лет или больше с тех пор, как я видел ее в более молодом виде — такой, какой она выглядела, когда я убил ее.
— Ты выглядишь так же, — сказала она с ухмылкой. — Возможно, немного злее.
— Убирайся из моей головы, ведьма.
Выдохнув, она предложила:
— Ковен наложит защитные заклинания на город. Хотя мне любопытно, Призрак. Ты или твои братья видите ее?
Я понял, что она имела в виду. Мог ли кто-нибудь из нас почувствовать ее. Но гребаный абсурд всего этого заключался в том, что от моего дыма, прикосновения Дракона и чутья Волка... никто из нас не мог этого сделать. Спасибо Дьяволу за современные технологии и маячок, который я установил на ее машину.
— Нет.
Ведьма внимательно посмотрела на меня, прежде чем добавить:
— Никто, кроме жителей Эш Гроув, не проникнет внутрь, но и не выйдет наружу тоже. Так что используй время с умом и внимательно следи за ней. Наши чары подействуют в полночь на Хэллоуин.
— Всегда приятно поболтать со старухой из Клана Лунного ореола, — заметил я, просто чтобы подразнить ее.
Она закатила глаза.
— Гори в аду.
— С удовольствием, это мое любимое занятие. Как насчет того, чтобы в следующий раз попробовать вместе со мной?
Зеркало потемнело. Я передал его Ворону, который даже не притворялся, что не слушал. Фамильяры всегда были чертовски любопытными.
Вкус корицы заиграл у меня на языке, и я усмехнулся. Блайт вышла из магазина, перекинув спортивную сумку через плечо. Она остановилась перед нами с Вороном, бросив свою сумку на землю.
— Они сумасшедшие. Молодые — да, но старые... Черт возьми.
Я мрачно усмехнулся, притягивая ее к себе за талию.
— Я предупреждал тебя, Маленький Призрак.
Ее щеки вспыхнули, и вкус ее возбуждения просочился в мой рот.
— Ты правда ждал меня здесь весь день?
Я пожал плечами.
— Не так уж сильно отличается от любого другого дня с тех пор, как ты приехала в город.
Она покачала головой.
— Сталкер.
— Демон, — прошептал я. С ее губ сорвался тихий вздох. Это возбудило ее — мою тьму. — Ворон, отнеси ее сумку в «Кровь ягненка». Сегодня она у меня.
Его клюв опустился в поклоне.
— Спасибо, Ворон, — тихо сказала она, когда я обнял ее крепче. Черный человек-птица взвалил на плечо ее сумку и пошел к церкви пешком. Она хихикнула. — Разве люди не будут на него пялиться?
— Не думаю, что его волнует что-то, кроме тебя. — Я взял ее за руку и подвел к своему байку. — Что скажешь, если мы прокатимся.
Ее глаза загорелись, и она прикусила губу в улыбке.
— Мы в безопасности? Прошлая ночь была, мягко говоря, пугающей...
Я заправил выбившийся локон ей за ухо.
— Со мной ты всегда в безопасности. Они все ушли, о них позаботились. Прости, что оставил тебя одну. Я не знал, что буду делать после того, как мы... сблизились. Ты заслужила отдых, и я был рядом...
— Все в порядке. Я тебя не виню. — Она взяла шлем с моего руля. — Но могу я тебя кое о чем спросить?
— О чем угодно. — Я сел на байк и завел двигатель.
— А призраки умирают?
Она оседлала меня, и я заметил, как приподнялись края ее клетчатой юбочки, обнажая эти чертовски мягкие бедра. Их нужно было снова смазать моим семенем. По лесу уже разнесся слух о Духе Ивы, пожертвовавшего собой.
— Я в неоплатном долгу перед Духом за то, что он защитил меня.
— Нет, смерть — неправильный термин для таких, как ты. Это не конец, а просто... перераспределение. Когда ты задуваешь свечу, огонь гаснет?
Ее руки крепче обхватили мои ребра.
— Не сдерживайся.
— Никогда.
***
Мы спешились рядом с темной и мрачной тропой, вьющейся по каменистой тропинке. К моей радости, Блайт не испугалась, а только была заинтригована, куда я ее вел. Поскольку ее страх был, по сути, моим личным возбуждающим средством, она не испытывала страха рядом со мной. По крайней мере, в тот момент. Не когда я человек. То, что выглядело как разбросанные камни, вскоре превратилось в организованную каменную дорожку.
— Я люблю такие пустынные места, как это, — сказала она, когда я взял ее за руку, помогая спуститься по крутым ступеням.
— Вроде кладбища? — спросил я с лукавой ухмылкой.
Она покраснела и прикусила губу.
— Ты же знаешь, я обожаю кладбища. Особенно сейчас.
— Думаю, тебе понравится то, что я собираюсь тебе показать. Когда я был мальчиком, проводил много времени в этих лесах. Старая ферма моей семьи находится в нескольких милях к западу отсюда. Я построил эти ступеньки, сделал эту тропинку.
— Теперь я заинтригована.
Я усмехнулся.
— Пришли. — Мы остановились перед чем-то похожим на два узких, покрытых мхом валуна. — Готова последовать за монстром во тьму?
Ее губы изогнулись в милой улыбке.
— Ты знаешь, что да.
Взяв ее за руку, я показал ей скрытый проход между скалами. Мы протиснулись внутрь, и пространство превратилось в огромную темную пещеру. Я призвал свой дым, и он поплыл перед нами, светясь голубым сиянием.
— Оно правда из Ада? — прошептала она. — Голубой дым?
— Дым из священного огня Ада. У меня есть прямой доступ к силам Ада.