Оракул и Блэр уверенно направились к железным воротам кладбища, обвитые каменной аркой. Кира нерешительно оглянулась на остальных, едва привыкнув к темноте, и осторожно направилась с ними к колдунам. Они отворили дверь, поддавшуюся им с раздирающим скрипом, и вошли на территорию кладбища.
На входе маги огляделись, словно выбирая лучший из направлений и, не сговариваясь, направились в одну сторону, вдалеке их ждал маленький огонек, круживший над кустом старой покосившейся яблони.
- Видишь его? – поравнявшись с Кирой, спросил Оракул.
- Этот огонек? Да.
- Дух, - объяснил колдун. – Кроме магов их могут увидеть только очень маленькие дети и животные. Людьми обычно невидим, неслышен и неосязаем, - добавил Оракул.
Там же, неподалеку, Кира разглядела в размытом тумане стертые очертания человеческой фигуры, прозрачное тело едва вырисовывалось белесыми пятнами.
- Помогите, - прозвучал тоненький тихий голосок девушки. Он услышанного звука ее речи по коже Киры пробежали мурашки. Обычно она не задумывалась, кого видела на кладбище или на улицах города в качестве приведений.
- Вы видите меня? – девушка осторожно и недоверчиво приблизилась к магам. - Видите?
- Видим, - ответил Оракул.
- И слышите? – с недоверием округлила она глаза.
- Да.
- Помогите! Помогите мне! – спешно сказала девушка и бросилась к колдуну, но как только попыталась ухватиться за руку, проскользнула через него. Увидев, что ее попытки прикоснуться к людям напрасны, девушка издала стон и едва не заплакала.
- Чейз, разберись с ней, - велел Оракул и пошел к каменным плитам виднеющихся могил.
- Духи или привидения совершенно безобидны, - продолжил объяснения Оракул державшейся поблизости Кире, - они не способны причинить никакого вреда даже при всем желании. А вот призраки могут накапливать жизненную энергию – прану, и, благодаря ней стать видимыми, производить шумы и передвигать предметы.
- Всё как с Даном, - вспомнила Кира его появления, сопровождающиеся не только холодом по коже, но и звоном в ушах.
Оракул с раздраженностью кивнул, его заботил этот разгуливающий по земле призрак, которого ни он, ни его друзья до сих пор не могли поймать.
- Старые призраки способны накапливать прану и использовать ее избыток, словно физическую оболочку.
- Именно так поступает Дан? – уточнила Кира. – Он накопил прану и теперь может не только предметы передвигать?
- Думаю, Дан не просто призрак, он – ревенант.
- Реве… кто? – переспросила Кира.
- Ревенант, - повторил Оракул, - это тот же призрак, но энергия праны у него изначально очень велика. Он может не только передвигать предметы, но и сражаться, может вселить человеку панический страх и даже заставить его совершить самоубийство.
Кира замерла, перед глазами вспыхнула картинка вечера, когда по дороге домой ей встретились трое парней и то, с каким ужасом озарялись их глаза, их животный страх под раздирающий плоть шум, как они спешно и отчаянно убегали без оглядки. То же самое повторилось и с Вадимом. И каждый раз рядом был Дан. Кира не думала, что между этими случаями была связь, но после слов Оракула, будто пробудилась ото сна.
- Эй, - Оракул схватил ее за плечо, - тебе нечего бояться, ты способна противостоять призракам. – Кира неуверенно подняла глаза к лицу мага. – Если немножко потренироваться, - добавил он чуть тише.
- Значит, там, на кладбище, меня пытался убить ревенант? Или просто призрак?
Оракул развел руками:
- Трудно судить вот так, я их не видел.
- А полтергейст? – тут же спросила Кира.
- Что полтергейст? – широко улыбнулся Оракул, словно ожидал этого вопроса.
На долю секунды Кира засмотрелась в озарившееся в улыбке лицо колдуна, его блеснувшие в усмешке голубые глаза, но совершенно не разозлилась на его умиляющийся детской непосредственностью взгляд.