- Как себя чувствуешь? – спросил Оракул, осмотрев Киру с головы до ног, заставляя ее кожу покрываться горячим ознобом под завораживающими загадочными голубыми глазами, под строгостью взгляда, в котором в эту ночь проскальзывали озорные нотки. Твердый характер и несгибаемость смягчились в окружающей праздничной обстановке и всеобщем веселье, отчего всегда сдержанная улыбка радовала даже едва прорисовываясь на красивом очерченном лице мага.
- Хорошо, спасибо, - ответила Кира, не заметив, что не отрывает от Оракула взгляд. Колдун же заметил, но лишь сдержанно улыбнулся, словно боялся спугнуть проснувшееся веселье Киры после неудавшегося похода на кладбище.
- И за подарок спасибо, - посмотрев на кулон, добавила Кира.
- Я видел, что он тебе понравился, - с улыбкой прокомментировал Оракул.
- Вообще-то с пауком, - призналась Кира, - но…
- Как говорила Айрис, всему свое время, - улыбнулся Оракул и снова наполнил бокалы.
В зале танцпола утихла музыка, перестали доноситься и голоса людей, опустевшие помещения окунулись в спящую тишину. Вскоре по домам засобирались и те, кто находился в кабинете, поддержали затею и музыканты, с трудом сдерживая зетову и едва слипавшиеся глаза.
- Кира, тебя подвезти? – спросил Тоха, попрощавшись с магами.
- Нет, я еще посижу.
- Подвезите меня, если не сложно, - попросила Айрис. Тоха засиял от столь удачного сложившегося поворота, место Киры в машине досталось девушке, с которой он был не против провести лишние минуты рядом.
Друзья попрощались с ребятами, еще оставшимися в клубе, но через какое-то время ушли и они.
- Я все проверил, все закрыл, пойду домой и я, - вернувшись из зала, отчитался Чейз. – Ключи. До вечера.
- Пока, Чейз.
Кира осталась одна наедине с Оракулом в безлюдном помещении, окунувшегося в тишину. Колдун молчал, поначалу занятый делами клуба, но затем допил остатки вина и с любопытством уставился на нее. В ином случае его нескрываемый взгляд вызвал бы в Кире массу противоречий и раздражений, но в нем не было обычной надменности и высокомерия, что ее так иногда раздражали.
Кира тоже с трудом отрывалась от созерцания молодого человека, пытаясь найти изъяны и еще помня, что в нем их должна быть масса, но отчего-то они не попадались сейчас. Оракул был превосходен во всем: в манере держаться, разговаривать, даже в кресле он сидел завораживающе. Его густые черные волосы поблескивали при свете тусклых напольных ламп и, казалось, всегда идеальны, даже если колдун забудет расчесаться. Захотелось прикоснуться к макушке парня и растрепать его волосы, коснуться кончиками пальцев его кожи, почувствовать тепло, ощутить вкус его вырисованных алых губ.
Кира прикусила губу и опустила взгляд, кожей чувствуя, как улыбнулся Оракул. Он придвинулся ближе и забрал у нее опустевший бокал, когда Кира быстро выпила последние капельки вина.
- Ты тоже умеешь гадать по рукам? – спросила Кира, наблюдая за каждым движением мага.
- Умею, - отозвался он.
- Посмотришь, что там у меня? – Кира протянула ладони больше из желания прикоснуться к парню, чем узнать будущее.
Оракул взял ее ладони в свои руки и мягко провел пальцами по линиям на ее ладонях, внимательно изучая каждый завиток, каждую черточку.
- У тебя уникальная судьба, - сказал он, сжав ее руки в своих, заставляя сердце биться сильнее. – Ты особенная.
- Это только на магические способности распространяется? – Кира подняла глаза к лицу мага, находившегося в нескольких сантиметрах от нее.
- Не только, - шепнул Оракул и потянулся к ее губам.
В зале раздался шум, глухой шлепок последовал за чем-то разбившимся и разлетевшимся по полу. Оракул оглянулся на шум и нервно вздохнул. Миллиметры разделяли их от поцелуя, но нечто заставило мага подняться и выйти в зал. Кира поплелась следом, желая узнать, что послужило причиной шума в опустевшем клубе.
На танцполе, возле колонок стояли два призрака, один из них виновато хлопал глазами и при виде Оракула насутулился. Под ногами лежала искореженная пластмасса одной из разлетевшихся колонок, будто переполненная мощью, она не могла сдерживать напор и разлетелась на кусочки. Вторая колонка треснула, ткань по периметру разорвалась, удержавшись на месте лишь на нескольких ниточках.