Выбрать главу

Он криво улыбнулся, покосившись сначала на Киру, затем на Оракула, нервно стиснувшего губы.

- Между вами связь, - протянул он, ехидно улыбаясь и будто специально, испытывая нервы молодого мага. Кира же его намеков не понимала, она еще была совсем далека от внутренних колдовских терминов, только начиная погружаться в новые неизведанные ей тайны.

- Какая связь? – напрямую спросила она.

- Интимная, - усмехнулся Вячеслав. Он подошел к Кире и едва коснулся низа ее живота. – У любовников особая связь. Такая, связывающая ниточка. И скрыть ее ты не сможешь никакими преградами!

Последние слова были адресованы Оракулу с разоблачающей улыбкой. Маг нервно вздохнул, но никак не прокомментировал наблюдение Вячеслава.

- Я не первый год живу на этом свете, - продолжил колдун. – А ты расслабился.

Кира неловко переступила с ноги на ногу, ища на полу следы осязаемой нитки, тянувшейся от нее к Оракулу. Слова отца звучали так убедительно, что в магический след, который видят только маги, казался чем-то физически реальным. Ничего разглядеть не удалось, ни в реальности, ни в астральном плане.

- Что ты еще умеешь делать? – снова оживился Вячеслав. – Каковы твои познания в магии? Каковы силы? Потому что потенциал у тебя огромный! Даже кожей ощущаю всю эту мощь. Мое лучшее творение!

От наслаждения и гордости Вячеслав чуть ли не захлебывался в слюнях, озаряясь на Киру с жадными до колдовства глазами. Он задавал ей вопросы о магии, говорил ей о магии, все, чего касался разговор с отцом, было покрыто магической темой.

- А ты не хочешь спросить как у меня дела? – разозлилась его бесчувственности Кира. Отец смотрел на нее как на магический продукт и ни разу не поинтересовался ее земной жизнью, что она чувствует, не спросил, как поживает мама. – Как мы жили без тебя, в конце концов? Трудно ли нам было?

- Нет, - без малейшего намека на жалость, ответил Вячеслав. – Ты стоишь передо мной. Жива. С огромной магической силой!

- Это все, что тебя интересует? – раздраженно прыснула Кира. – Принадлежность меня к миру магии?

- А тебя разве нет? Не будь ты так увлечена, не стояла бы сейчас здесь.

- Если бы меня не окружали призраки, меня бы здесь не стояло! Но ты бросил меня! И я не знаю, кто я и что я. Откуда во мне все это? Как управлять?!

- Я не бросал, - спокойно сказал Вячеслав. – Твоя мать выгнала меня. Точнее - взяла тебя и покинула наш дом. Но я знал, что рано или поздно ты найдешь меня. И вот ты здесь. Дочь моя! Ты превзошла все мои ожидания!

- Почему? – не выдержала Кира и задалась мучавшимся ее вопросом. – Почему вы расстались? Мама ненавидит тебя до такой степени, что удивительно как я вообще родилась! – Она с ужасом посмотрела на отца. – Это было обоюдно? Ты ее заставил?

От представления самых страшных картин волосы ставали дыбом. Кожа на спине покрылась неприятными мурашками. Кира с осторожностью наблюдала за отцом, но опровергнуть ни одну из своих кошмарных иллюзий не смогла. Было в этом человеке что-то пугающее, что-то не из мира сего.

- Конечно, нет! Мы хотели семью, она согласилась выйти за меня замуж, но только с магией смириться не могла. Твоя мать была идеальна. Во всем. Но только не в этом плане. И никакие мои попытки приобщить ее к миру колдовства не могли убедить ее. От магии твоя мать так же далека, как и Земля от Солнца. А когда она узнала, что я делаю с тобой, и что ты тоже будешь колдуньей – некромагом – она совсем перестала меня интересовать.

- Что ты с ней сделал? – сквозь зубы процедил Оракул, уцепившись пальцами в край стола.

- Я провел обряд, - не теряя гордости ни в осанке, ни в глазах, ответил Вячеслав. – Наделил ее магией. – Он повернулся к Кире. - Я сделал тебя сильной! От рождения, по крови, ты получила мой дар, но я увеличил этот потенциал в несколько раз!

Вячеслав все больше напоминал Кире безумного ученого всеми правдами и неправдами пытающегося завершить свой неудачный эксперимент. Он не жалел ее чувств ни в детстве, ни сейчас, его не интересовала моральная сторона, все, что было важным – магия и сила, которой Кира обладала в этом волшебном мире.

- Провел обряд? – не сдержался Оракул от обвиняющего взгляда в сторону колдуна.