– Простите, – сказала принцесса. – Лично я ни на секунду в вас не усомнилась.
– Вы на редкость любезны, советник, – саркастически улыбнулся Каррде, поднял, наконец, голову и посмотрел на Хэна и Ландо. – Не стану смущать любого из вас вопросом, разделяете ли вы уверенность ее высочества.
Хэн выругался вторично.
– Мне не нравится все с ходу принимать на веру, – буркнул он. – Ты же не приносил клятву верности Новой Республике.
Коготь наклонил голову.
– Разумеется, ты прав. Мои извинения.
От него веяло холодом.
Повисла неприятная пауза, ситуацию мог спасти разве что сам Каррде, а он не спешил этого делать. Тэлон перевел взгляд на Калриссиана.
– Что ж. Давайте начнем с допущения, которое, как мы все надеемся, истинно. А именно, что все вы стали жертвами ловкого фокуса. Вопрос первый: как он был проделан?
– Да просто! – Хэн изо всех сил старался разрядить обстановку. – Косметическая хирургия, чтобы парень был похож на Трауна, перекрасить волосы, кожу и глаза тоже несложно.
– Хирург оставит следы, как ни старайся, – возразил Калриссиан. – Я-то знаю, куда надо смотреть, шрамов не было. Кроме того, как быть с голосом?
– А что у него с голосом? – спросил Хэн. – Голоса подделывают на каждом шагу, сам знаешь. Мы сами не раз этим занимались, вспомни!
– Если совпадают голосовые характеристики, значит, репликант, – вдруг вставил Каррде. – Дроид. Вроде того, которым владел Принц Ксизор из «Черного солнца».
Ландо замотал головой.
– Да не в этом дело, Коготь! И не в лице, не в глазах! Это… ну, я не знаю! Это был он. В нем чувствовалась такая мощь и уверенность, такого ни один дроид не сумеет подделать. Это был он. Должен быть он.
– Но мог быть и его клон, не так ли? – подсказал Каррде. – Траун спокойно мог вывезти с Тантисс одну и даже более клонирующих установок.
– Я задаю себе тот же вопрос, – поддержала Тэлона экс-принцесса. – Этим можно было бы объяснить и тех клонов, которых брат засек на Ифигине.
– Клон Трауна тоже опасен, – нехотя признал Калриссиан. – Так, давайте думать. А не мог сидеть клон на мостике «Химеры» тогда, на Билбринги? Что, если Траун предчувствовал как-то, что произойдет, подготовился необходимым образом и подсунул Рукху пустышку?
Каррде еще раз качнул бокал, темная жидкость вновь пришла в движение.
– Тогда почему он допустил падение Империи, когда одно его присутствие могло ее спасти? – спросил Коготь. – Нет. Если бы он действительно остался жив, то должен был где-то лечиться. От такого ранения так быстро не встают на ноги.
– Собственно, мне и Миатамии он так и сказал! – вновь перевозбудился Калриссиан. – Что некоторое время был не у дел, потому что выздоравливал.
– Или он хотел, чтобы ты так считал, – предупредила Лейя. – Может быть, он к чему-то готовился.
– Вместо того, чтобы защищать Империю? – усомнился Хэн Соло. – Чушь вучачья.
Каррде вдруг поставил бокал на низенький столик возле своего кресла. Движение было настолько резким, что вино чуть не выплеснулось на столешницу.
– Ладно, – сказал Коготь. – Я ошибся: вы хотите, чтобы это был Траун. Давайте исходить из этого предположения. Калриссиан видел Трауна, Гранд адмирал вернулся во плоти. Почему он выбрал именно это время? И почему в зрители он выбрал тебя и сенатора Миатамию, а не весь Корускант?
– Вероятно, чтобы создать ситуацию, в которой мы все увязли, – ответила Лейя. – Напряжение в Сенате уже достигло потолка, все друг друга подозревают, никто ничего не говорит конкретно, но все вертится вокруг Диамалы. И, разумеется, вокруг Каамаса.
– А намек, что Гаврисом не хочет разрешать кризис, только переполошит всех еще больше, – поддакнул Ландо. – Я слышал, некоторые сенаторы уже жалуются на то, что он затянул вопрос репараций дальше некуда.
Хэн скривился. Финансовый кризис ботанов…
– Он делает все, что в его силах.
– Может быть, – мрачно откликнулся Ландо. – Но мне пришло в голову, что если бы Трауну захотелось взбудоражить сенаторов, у него были другие способы.
– А что еще ему может хотеться? – поинтересовался Каррде. – Он не настолько глуп, чтобы претендовать на победу единым махом. По крайней мере, не сейчас, когда в его распоряжении всего восемь секторов.
– А вдруг он отыскал новое супероружие? Император спрятал где-нибудь, а он отыскал, – зловеще предположил Ландо. – Звезду Смерти, например… только на этот раз достроенную. Или еще один «Сокрушитель солнц». Или еще что-нибудь, у Палпатина хватало опасных игрушек.
Каррде отрицательно покачал головой.
– Притянуто за уши. Я бы знал, если бы сохранилось еще что-нибудь.
– Есть еще кое-что, – подала голос Лейя. – Тут шла речь о победе над Новой Республикой, но это возможно лишь в одном случае – если с ним воевать будет вся Республика. Но дело Каамаса рвет нас на части. Империя так слаба, что многие ее и не считают угрозой.
– А если так пойдет дальше, – горько сказал Хэн, – в Галактике не останется ни одного сектора, который станет сражаться с Империей.
– Да у Империи совсем нет сил, чтобы с нами сражаться, – вставил Калриссиан, не отрывая пристального взгляда от Каррде. – Не думаю, что мы сознавали, сколько времени и сил ими было потрачено на личную грызню. А теперь мы сами уселись в точно такую же лужу. Если спросят меня, я отвечу: у нас нет сил противостоять тому, что приготовил нам Траун.
– Что, разумеется, зависит от того, что же именно он вам приготовил, – безразлично заметил Каррде.
Коготь в свою очередь тоже внимательно смотрел на Калриссиана. Хэн заметил этот примечательный факт совершенно случайно и теперь маялся любопытством.
– Итак, каков будет ваш следующий шаг? – по-прежнему без интереса спросил Тэлон.
– Наш следующий шаг, – с вызовом ответил Ландо, – будет такой: избавиться от этого дурацкого каамасского дела, чтобы ничего не мешало заняться Трауном вплотную. Следовательно, нужно выяснить, у кого из ботанов усы в пуху.