– Или они попросту пытаются разнообразить тактику, – проворчал Ардифф.
В голосе капитана еще бурлила обида.
Снова нахлынули воспоминания, и снова Пеллаэон с трудом подавил улыбку. Сейчас, в центре битвы, Ардифф явно не поймет улыбки на лице своего командира.
– Турболазерам – готовность, – сказал он. – Огонь по усмотрению.
Корабли противника открыли огонь. «Химера» огрызнулась в ответ. Она не могла похвастаться размерами и внушительностью своих более крупных собратьев класса «империал», зато потягаться с ними в огневой мощи – могла.
Противник брызнул в разные стороны. Грохот чудовищных орудий малышки «виктории», способных пробить брешь даже в броне супер-крейсера, стих.
– Повреждения? – обронил адмирал.
– Минимальные, – доложили с правого борта. – Выведены из строя три системы наведения в квадранте один, несколько незначительных пробоин вдоль лобового гребня. Все локализованы. Человеческих потерь нет.
– Они попытаются вывести из строя все батареи в первом квадранте, – пробормотал Ардифф. – А потом их крейсер просто будет висеть там и разносить нам корпус.
– Мне тоже так показалось, – согласился Пеллаэон. – Повреждения у противника?
– Неизвестны, но предположительно минимальные, – доложил наблюдатель. – У них очень мощная конфигурация перекрывающихся дефлекторных щитов, ее не так просто пробить.
– Но это преимущественно дефлекторная защита? – спросил адмирал.
– Так точно, сэр, по крайней мере у крейсера, – подтвердил офицер. – У канонерок тоже минимальная броня.
– Если вы подумали о протонных торпедах, то шансов у нас почти никаких, – предостерег Ардифф. – Слишком велика угловая скорость, торпеда их не зафиксирует, а на расстоянии они с легкостью засекут и уничтожат снаряд.
– Собственно, я с тактикой ведения боя я немного знаком, – мягко сказал капитану Гилад. – Давайте посмотрим, нельзя ли переписать инструкцию. Полковник Бас, распорядитесь эскадрилье «ловчих птиц» стартовать по моей команде. Вектор атаки…
Он помолчал, прикидывая и наблюдая за противником. Сейчас те достигли самой далекой точки дуги и разворачивались для следующего захода.
– Вектор атаки два-три на семь, – решил Пеллаэон. – Пусть придерживаются этого курса, пока не последует приказа об отмене. Парадный строй.
Интенсивность капитанского взгляда была такая, что Пеллаэон всерьез испугался за сохранность внутренней брони «Химеры».
– Парадным строем, адмирал? – переспросил Ардифф, который никак не мог поверить собственным ушам.
– Наложенные друг на друга дефлекторы, – объяснил Гилад. – Вполне приличная защита.
– Но не достаточная! – вспыхнул юнец. – «Калот» разнесет их на части!
– Если нам немного повезет, им не придется подходить так близко.
Противник опять заходил в лобовую атаку. Прекрасно.
– Полковник Бас, выпускайте «пташек».
– Есть, сэр, – отозвался координатор. – Истребители стартовали.
Через несколько секунд Пеллаэон увидел эскадрилью в иллюминатор, «ловчие птицы» плотным строем вынырнули из-под брюха «Химеры».
– Восьмая торпедная установка – готовность, – обявил Пеллаэон, не оборачиваясь. – Все пятнадцать торпед – в каре пять на три, запуск по вектору два-три на семь.
Рабочий шум на мостике как обрезало, пауза показалась оглушительной.
– Сэр? – замялся офицер, отвечающий за огневые системы. – Но это же вектор…
– «Ловчих птиц», – закончил за него Пеллаэон; адмирал все-таки улыбнулся в усы. – Да, лейтенант, я в курсе. Выполняйте приказ.
– Есть, сэр…
– Запуск торпед только по моей команде, – продолжал Гилад, наблюдая за стремительным сближением «пташек» и вражеского крейсера; еще немного… – Полковник Бас, прикажите пилотам выполнить маневр расхождения по моей команде. Лейтенант, запуск торпед!
Из-под носа «Химеры» показалась толстая полоса голубоватого света – ионный выхлоп протонных торпед, которые пятью группами по три легли на след истребителей.
Внезапно Ардифф фыркнул. Похоже, на капитана снизошло озарение.
– Ага, – вырвалось у юного капитана. – Ну да…
– Вы абсолютно правы, – сказал ему Пеллаэон, отслеживая торпеды.
Теперь самое главное – и самое мучительное – выбрать нужный момент Еще немного…
– Полковник Бас, пора!
Целую секунду ничего не происходило. Потом истребители, сломав плотный строй, четко, как на параде, разошлись в разные стороны, подобно лепесткам распускающегося цветка, и развернулись обратно к «Химере». Корабли противника дернулись, отслеживая «пташек», в перекрывающейся дефлекторной защите образовалась брешь, куда и ударили все пятнадцать торпед.
Первые три, миновав канонерки, вгрызлись в нос тяжелому крейсеру.
Даже на расстоянии было понятно оцепенение, охватившее экипажи противника. Совершенно понятное, очевидное и абсолютно бесполезное. Пока командиры сбившихся в кучу кораблей пытались сманеврировать, выходя из-под огня, удар нанесла вторая тройка торпед. Во все стороны полетели куски обшивки и транспаристила. Третья группа, очевидно, попала в облако этих обломков и взорвалась преждевременно, но тем не менее отправила одну из канонерок в крутой штопор. К тому времени как до места добралась последняя группа, битва была окончена. Тяжелый крейсер превратился в дрейфующий металлолом, остальные спасались бегством.
– Ну, адмирал… ну, даете… – искренне сказал Ардифф со смесью восторга и смущения. – Прошу меня простить, что я, э-э, ну, был несколько…
– Ничего страшного, капитан, – заверил его Пеллаэон. – Можете мне не верить, но когда-то я сам был на вашем месте.
– Спасибо, сэр, – Ардифф махнул рукой на мерцающее облако догорающих обломков за иллюминаторами. – Мне послать команду, чтобы подобрать что-нибудь? Это ведь может помочь нам разобраться, кто это был?