– Да, внешне все выглядит именно так, – Бел Иблис задумчиво подкрутил ус. – Но мне почему-то кажется, что тут что-то иное.
Ландо удивленно посмотрел на собеседника.
– Тогда что это было?
– Пока не знаю, – сказал генерал. – Но обратимся к фактам. У Империи не так много «звездных разрушителей», чтобы посылать их в заурядную погоню за дезертиром. К тому же им почему-то было нужно взять его живым. К тому же они хотели быть уверенными, что он ничего никому не успеет сообщить.
– И к тому же он знал, что вы здесь, – добавил Калриссиан. – Слова «генерал Бел Иблис» там можно разобрать довольно отчетливо.
– Да, – согласился Бел Иблис. – Хотя… Отследить мои передвижения ныне задача не из сложных. Теперь мы не делаем из этого такого секрета, как лет пять назад.
Он повернулся к компьютеру и застучал по клавишам.
– Мне еще кажется, что здесь можно разобрать упоминание имени «Вермель». Если я правильно помню, был с таким именем офицер в штабе адмирала Пеллаэона.
Ландо посмотрел в иллюминатор. Под ними висел полумесяц планеты, если приглядеться, можно было разглядеть блики на плоскостях снующих вокруг «крестокрылов».
– Мне кажется, это говорит в пользу предположения о ренегатстве, – предположил он. – Они не хотели убивать офицера такого ранга, и притом не хотели, чтобы нам стало известно об этой попытке.
– Может быть, может быть, – Бел Иблис впился взглядом в дисплей. – Есть. Вот оно. Полковник Мейж Вермель.
Ландо развел руками.
– Ну, тогда все ясно.
Бел Иблис опять покрутил ус.
– Нет, – медленно сказал, он. – Моя интуиция по-прежнему говорит, что все не так просто. Предположим, вы хотите переметнуться на сторону противника. Разве вы бы выбрали для этой затеи кореллианский корвет? Почему не взять что-то более скоростное или лучше вооруженное? Или хотя бы с меньшей командой. Если, конечно, не рассматривать возможность того, что сотня с гаком членов экипажа тоже единогласно согласится сдаться нам…
– Не знаю, – неуверенно проговорил Калриссиан.
– Вот и я не знаю, – Бел Иблис выщелкнул из паза инфочип с записью. – Но думаю, что сделаю несколько копий и посмотрю, что удастся выудить.
Ландо поднял бровь.
– У вас что, так много свободного времени?
Бел Иблис приподнял плечи.
– Должно же быть у генерала хоть какое-то хобби.
7
Великая конвокационная палата была достроена всего три месяца назад. Старый зал после взрыва ремонту уже не подлежал. И хотя отнюдь не все отделочные работы были закончены и кое-где еще лежали груды строительного мусора, общий эффект от нового зала, как и обещали проектировщики, был весьма впечатляющим. Старую традиционную конструкцию зала, когда места для делегатов амфитеатром спускались вниз, к возвышавшейся в центре трибуне, конструкторы заменили группами сидений самых разнообразных форм и размеров. Каждая группа соединялась с соседними короткой лесенкой или пандусом. И хотя эти лесенки и пандусы были разбросаны, на первый взгляд, безо всякой видимой системы, в этом кажущемся беспорядке все же присутствовали единство стиля и определенное изящество. Отделяли делегатские ложи друг от друга прозрачные панели, или резные решетки, или просто символические перильца, высокие или не очень – в зависимости от того, что нашептала дизайнерам их буйная фантазия. Из каждой ложи прекрасно просматривалась центральная трибуна, а на встроенный дисплей можно было вызвать крупный план оратора или любой из делегатских групп в ложах.
Место это во многом напоминало Лейе великолепный театр «Кориолин Марли» на Алдераане, известнейший дворец искусств, который всегда для нее был символом этикета, культуры и цивилизации. И она втайне лелеяла надежду, что подобное оформление будет способствовать развитию этих качеств у собиравшихся здесь сенаторов.
Но сегодня был явно не тот случай.
– Правильно ли я вас понял, президент Гаврисом? – разнесли по залу громкоговорители грубый рык опкуиса. – Вы говорите нам, что ботаны сыграли ведущую роль в уничтожении Каамаса и в том почти что геноциде, который развернулся против каамаси. И в это же время вы утверждаете, что не стремитесь к справедливому возмездию за этот гнуснейший акт?
– Это не совсем то, что я сказал, сенатор, – мягко поправил его президент Понк Гаврисом, дернув хвостом и снова уложив его у задних ног. – С вашего позволения, я повторю. Небольшая, подчеркиваю, небольшая группа пока не установленных ботанов была замешана в этом прискорбном инциденте. Если и когда мы сумеем узнать их имена, мы, несомненно, привлечем их к ответственности в полной мере, и правосудие, к которому все мы стремимся, свершится. А до тех пор сделать это просто не представляется возможным.
– Почему же? – требовательно спросила особа с лохматыми сине-зелеными волосами и длинным тонким лицом.
Форшулианка, неуверенно припомнила Лейя; представляет восемьдесят семь населенных миров сектора Йминис на Внешних территориях.
– Советник Фей'лиа не отрицает причастности ботанов. И это очень хорошо: они должны быть примерно наказаны за такое чудовищное бесчестье, нанесенное всей галактической цивилизации.
Лейя взглянула через трибуну на Борска Фей'лиа, сидевшего на дальнем конце в ряду членов Совета. Ботан держал себя в руках, но ее чувства джедая безошибочно определили жуткую тревогу за внешне бесстрастной личиной. Она знала, что ботан накануне имел долгий разговор с главами Объединенных кланов на Ботавуи. Судя по выражению его лица, результаты этого разговора были явно не в его пользу.
– Понимаю ваши чувства, сенатор, – сказал Гаврисом. – Но хотелось бы уточнить, что законодательные принципы Новой Республики несколько отличаются от традиционных кодексов, принятых в правосудии Форшулири.