14
Полосы превратились в звезды. Они были на месте. Что бы за место это ни было.
– Во внутренней системе наблюдаются три планеты, – доложила Фон, почти проглотив конец фразы, будто боролась с зевотой.
При нормальной смене вахт ей бы полагалось сейчас отдыхать, но они почти вышли к системе Нирауана, и она настояла, что будет нести вахту до конца полета.
Рассматривая блеклую красную звезду, Мара гадала, стоило ли оно того.
– Похоже, что вторая планета обитаема, – доложил Торве. – Есть атмосфера, температура вроде тоже в норме…
– Засек движение, – перебил Элкин. – Пеленг пятьдесят три на семнадцать.
Мара кинула быстрый взгляд на приборы. По ее приказу «Звездный лед» вывалился из гиперпространства с сенсорами, выставленными в режим полной невидимости, и пока что признаков направленного узкофокусного зондирования, которое смогло бы пройти через эту защиту, не просматривалось.
Впрочем, когда имеешь дело с инопланетными технологиями, ничего нельзя сказать наверняка.
– Куда он направляется? – спросила она Элкина.
– Наверняка ко второй планете, – ответил тот, щелкая клавиатурой. – Погоди-ка… попробую взять «вилкой», куда он идет.
– Он там не похож, случайно, на тот, что чуть не протаранил колымагу Террика? – спросила Фон.
– Профиль похож, – ответил Торве. – Точнее пока сказать не могу, сенсоры надо фокусировать.
– Точку назначения сейчас вычислим, – отрапортовал Элкин. – Это где-то в северном полушарии, нижние широты.
– А что вокруг? – спросила Фон.
– Ничего особенного, – ответил Торве. – По крайней мере, в видимом энергетическом спектре.
– Нервирует меня это местечко что-то, – проворчал Элкин, безостановочно барабаня пальцами по краю контрольной панели. – Почему в файлах нет ни о планете, ни о системе? Если у нее есть название, значит, кто-то должен был тут хотя бы раз побывать.
– Кто-то был, все правильно, – согласилась Фон. – Только надолго не задержался. Например, во времена достославной Старой Республики ты мог просто ввалиться в незнакомую систему, быстренько просканировать ее на присутствие живых организмов и заявить свои права на дальнейшее развитие оной. Тогда этот закон так и прозвали: «Назвал – застолбил». По всем Внешним территориям есть куча таких систем. Они значатся на картах и в списках активов. Но ни у кого нет ни малейшего представления, что же там на самом деле.
– Да, я тоже, помнится, о таком читала, – сказала Мара. – Такими привилегиями здорово злоупотребляли в Корпоративном секторе, а мы ведь не так уж от него и далеко.
– Точно, – откликнулась Фон. – С учетом всего сказанного я, пожалуй, разделю беспокойство Элкина. Если тут чья-нибудь военная база, то где системы обороны? И где, ситх подери, сама база?
– Кстати, а кто говорил о военной базе? – спросила Мара с легкой ехидцей в голосе. – Они используют чужую технологию – и это все, что мы знаем.
Она поглядела в обзорный экран.
– И кстати, пока мы тут торчим на месте, нового точно ничего не узнаем.
– Не знаю, не знаю, – с сомнением заметила Фон. – Мы убедились, что это – та самая звездная система. А вот дальше… Не лучше ли вернуться и прихватить с собой подкрепление?
– К сожалению, мы еще не убедились, что это именно сама система, – уточнила Мара. – Это может быть всего лишь точка рандеву на этот месяц. Если мы сейчас улетим, нашего возвращения они могут и не дождаться.
– Может, и так, – неохотно согласилась Фон. – Кстати… Похоже, что место назначения вращается по направлению от нас. Давайте выждем несколько часов, пусть уйдет за горизонт, а потом уже двинемся неспешно.
– Это если исходить из того, что у них нет развитой системы оповещения, когда сенсоры разбросаны по всей планете, – вмешался Торве. – А если вдруг они там есть? Тогда находимся мы в видимости главной базы или нет – особой роли не играет.
Фон пожала плечами.
– Это разумный риск.
– Только всем кораблем рисковать ни к чему, – сказала Мара, перебирая в уме варианты.
Кроме спасательных капсул, на «Звездном льде» были еще три малых корабля: два грузовых челнока и совершенно незаконный в Новой Республике истребитель внутрисистемной обороны «защитник», который где-то ухитрился раздобыть Каррде.
– На истребителе система невидимости установлена? – спросила она.
– По минимуму, – ответила Фон. – С другой стороны, у него очень малое поперечное сечение и, естественно, никаких излучений от гипердрайва за отсутствием такового. Если у них не слишком хорошее оборудование и ты не будешь слишком дергаться, то есть неплохие шансы прокрасться незаметно.
– Хорошо, – сказала Мара и погрузилась в Великую силу.
Никаких особых сигналов тревоги не было. По крайней мере пока.
– Значит, за основу берем твою идею – пусть зона уйдет на несколько часов вращения планеты. Может быть, пока ждем, есть смысл немного поработать над системой невидимости истребителя. А потом… слетаю погляжу, что там такое.
* * *
На расстоянии планета выглядела темной, мрачной и заброшенной. Подобравшись поближе, Мара решила, что и вблизи она выглядит ничуть не лучше.
То есть кое-какая растительность, конечно, наличествовала – от кряжистых, развесистых деревьев с широкими веерообразными листьями и до стелющихся по земле трав, которые на такой скорости было не рассмотреть. Но обычное разнообразие цветов, которое в знакомых ей мирах считалось нормальным явлением, Нирауан по каким-то причинам обошло. Все, что наблюдалось на поверхности, было коричневым или серым, и только изредка эту унылую монотонную картину разнообразили вспышки темно-красного или темно-фиолетового. Может быть, такова была естественная адаптация к мутно-красному свету местного солнца, а может быть, все богатство оттенков этой планеты было исключительно в инфракрасной области спектра. Последнее, правда, вряд ли.