На еще одном старательно изукрашенном ватманском листе были наклеены фотокарточки ветеранов в орденах и медалях. Все – неуловимо похожи.
– Часто наши ребята в Кремлевском полку служат, да. Красавцы ведь!.. Но вот назад в село мало кто возвращается… Пойдемте?
– Костик, как ты?
– Все снял.
Шмелев выключил свет, запер дверь, и они сошли в вестибюль. Шмелев отдал дежурной ключ, вышли наружу.
– В этом вся и проблема.
– В чем? – не понял Андрей.
– В том, что ребята в село не возвращаются. В армию парень уйдет или учиться уедет. А девчонки наши замуж выйти не могут. Либо за маленького придется, либо век одной вековать, потому что плюгавенький на большой не женится, он такую же, как сам, возьмет. Вот я тогда вашему начальнику и позвонил, хотел объявление дать. Соответствующего содержания. Наподобие брачного. Но он сказал, что корреспондента пришлет.
Они уже шли по сельской улице, отвечая на приветствия прохожих. Высокие, статные женщины действительно встречались чаще, чем таких же параметров мужчины. Мужчин, честно говоря, встретилось один-два.
– А что вы хотели сообщить в вашем объявлении – ну, если б такое напечатать?
– Так я и хотел – может, найдутся по России мужики молодые, ребята, что покрупнее, пусть бы приехали сюда, за нашими невестами. Золото ж, а не девушки! А, Кать?
Участковый подмигнул девице, проходившей мимо и украдкой, внимательно оглядывавшей Андрея. Катя, потупив глазки, прошмыгнула мимо, возражать против того, что она – золото, не стала, только тихонько бросила: «Здрасть, дядя Миша».
– Желательно, конечно, чтоб наш генофонд приезжие не разбазаривали, а сами здесь оставались. Но если и в отъезд женятся, мы препятствовать не будем.
– Гуманитарная помощь депрессивным районам? – хихикнув, уточнил Костик.
– Можно сказать и так, – солидно ответил Шмелев, не понявший то ли юмора, то ли Костика.
– А почему вы этим решили заняться? Кто-то ведь в вашей администрации за генофонд отвечает? Неужели милиция? – уточнил Андрей.
– Никто не отвечает, – досадливо поморщился Шмелев. – Глава наш, он человек хороший, порядочный, хозяйственный – кто спорит? Но не из…
Шмелев цыкнул зубом и развел руками.
«…гренадерских потомков», – догадался Андрей.
– Ему эти проблемы не близки. Вот я и взялся. У меня самого две дочки на выданье. И тоже…
За разговорами дошли до центра села. Там стояла небольшая, похоже, не новодельная церковка об одной свежезолоченой луковке.
– Батюшка у нас хороший, из местных, – благостно озарился участковый, почтительно снимая фуражку и крестясь. – Хорошо служит, душевно. Даже из городов ближних венчаться приезжают.
«Если он из «ваших», озвучить такой объем для него не проблема».
– А вот свои женятся редко. Вот вы, молодые люди, как в смысле семейного положения?
– Константин у нас уже молодой отец, а я пока холостякую, – поневоле ответил Андрей, предполагая, что за этим последует.
Шмелев мельком глянул на Костика, отошедшего поискать хороший ракурс для съемки, и сразу отвел глаза – Костиковы сто семьдесят семь сантиметров его не прельстили.
– А к нашим невестам приглядеться не хочешь? – Шмелев обозрел Андрея довольным взглядом. – Очень ты под наши задачи подходишь… Мы б и дом для молодой семьи поднатужились построить… А?
– Профессия у меня больно городская, Михал Иваныч, – с извиняющейся улыбкой ответил Андрей, решивший не огорчать участкового известием, что невеста у него хотя и небольшая, но есть. – Может, когда-нибудь после… Если захочу учительствовать в сельской школе, к примеру.
– Вот это совсем здорово было бы! – возрадовался участковый, еще раз плотоядно осмотрев Андрея.
«Еще одно неосторожное слово, и меня скрутят, окрутят и оставят здесь силой – на племя!»
– Вы ваших девушек почаще в город вывозите, – решил он отвлечь Михал Иваныча. – Вон у нас праздник с седьмого на восьмое – молодежь всю ночь гулять будет. Через костры прыгать, на суженого гадать. Приезжайте.
– Да стесняются наши девчонки в города ездить, – вздохнул Шмелев. – Смеются над ними в ваших палестинах.
– Понятно… Тогда действительно надо хорошую статью написать, пусть сюда женихи приезжают.
– Да-да! – воодушевился Шмелев. – У нас тут условия – русская Швейцария…