Праздник получился очень запоминающийся и веселый. Я бросила букет, а когда обернулась, улыбнулась. Его поймала моя свидетельница Ксюша. Максим похлопал по плечу Виталика, как бы говоря о том, что он следующий. Муж подошел ко мне, присел на корточки. Осторожно запустил руки мне под платье, пристально глядя в глаза, заскользил ладонями по ноге, а меня в жар бросило. Я сгорала от желания. Когда его пальцы прикоснулись к подвязке, он осторожно стянул ее и расправил мое платье. Максим бросил подвязку в сторону друзей. Ее поймал Игорек, а его девушка Таня завизжала от восторга. Вечером устроили салют, а потом попрощались с друзьями и родными и отправились домой. Максим за два дня до свадьбы перевез к себе все мои вещи. Так что после торжества мне предстояло жить в его квартире.
Любимый помог мне выбраться из машины, подхватил на руки и понес домой. В квартиру буквально ввалились, страстно целуясь.
— Быстрее, избавь меня от этого платья, — выдохнула я, хотелось ощутить свободу.
Максим резко развернул меня к себе спиной и усмехнулся.
— Черт! Я думал, что на сегодня испытания закончились. Наверняка, Ксюха плела все эти узлы, — хохотнул он, поддев пальцами шнуровку.
Любимый ослабил корсет и помог мне выбраться из платья. Меня в жар бросило, когда заметила его голодный взгляд блуждающий по моему обнаженному телу. Я лукаво прищурилась, намотала на кулак его галстук и попятилась в сторону спальни, заставляя мужа идти следом. Когда открыла дверь, ахнула от восторга. Вся спальня была усыпана лепестками роз. Максим воспользовался тем, что я замерла, резко оторвал меня от пола и уложил на кровать. Лопатками ощутила прохладные простыни. С замиранием сердца наблюдала за тем, как муж ослабил галстук, стащил его с себя и отбросил в сторону, принялся расстегивать рубашку, не отрывая от меня горящего взгляда. Я провела ладонями по его груди и животу, чувствовала мощное биение его сердца, слышала его учащенное дыхание. Опустила руки ему на талию и добралась до ремня. Макс судорожно выдохнул, когда я потянула на себя пряжку, не разрывая зрительного контакта. Расстегнула молнию на брюках, а любимый перехватил мою руку и покачал головой. Припечатал меня к матрасу и впился с жадностью в губы, целуя проникновенно, с напором, чтобы поняла, как он изголодался по мне. Умелые руки заскользили по моим ребрам, вызывая дрожь. Максим стянул с меня лифчик, швырнув его куда-то в неизвестном направлении. Чувствовала жар крепкого тела и внутренности стянуло. Желала этого мужчину до умопомрачения. Пылала и дрожала от его нежных прикосновений.
— Я хочу тебя, — слетело с моих губ, заерзала под ним, однако любимый ловко поймал мои руки за запястья, завел мне над их головой и прижал к матрасу. Из этой стальной хватки я не смогла освободиться.
Свободной рукой Максим ласкал мою грудь, прикасался к животу, гладил по бедрам, заставлял меня стонать и просить большего.
— Какая же ты у меня не терпеливая, — выдохнул в шею, вызывая очередную волну возбуждения. — Хочу не спеша насладиться своей женой.
Горячие влажные губы сомкнулись вокруг моего соска. Я интуитивно прогнулась в спине, задыхаясь от блаженства. Горячие волны растекались по моим бедрам. Максим выпустил из плена мои руки, осторожно обхватил мою ногу теплыми пальцами и нежно погладил. Медленно стащил сначала один чулок, затем другой, пронзительно глядя в мои глаза. У меня грудная клетка то вздымалась, то опадала в бешенном ритме. Там, где наша кожа соприкасалась, все огнем горело.
— Мой ангел, — хрипло проговорил Макс и поцеловал меня в пупок. Я искусала губы от нетерпения. Любимый стянул с меня промокшее кружево и прикоснулся пальцами к пылающей плоти. Меня словно молния поразила, дыхание перехватило. Сердце сжалось до сладкой боли, а тело налилось свинцом.
— Максим, — зарычала сквозь стиснутые зубы, взглядом умоляя дать мне желаемое.
— Шшш, — шикнул он на меня и впился в мои губы с неистовой страстью, пальцами коснулся клитора, а я чуть не умерла от эмоций. Извивалась под его опытной рукой, стонала, кусала его губы. Максим отстранился, резкими и порывистыми движениями избавился от одежды. Навис надо мной как скала, буравя обжигающим взглядом.
— Люблю тебя, — прошептал и вошел в мое тело жадно и яростно. Я вскрикнула, но любимый запечатал мой рот своими влажными губами. Непроизвольно впивалась ногтями в его плечи, царапала спину, шею, прогибаясь навстречу его мощным, беспощадным толчкам. Знала, что он потом будет ругаться на меня за оставленные отметины, но сам виноват, нечего было дразнить и доводить меня до умопомрачения.