— Вика, тебе всего шестнадцать… Ты меня к педофилам не приписывай, мне для души нужен человек, а для постели есть, — усмехнулся он, а я выронила из рук коробку. Смотрела на него ошарашено.
— Ты изменяешь своей Юле? — проговорила на одном дыхании.
— Вика, ну ты сама подумай. Ей учится пять лет. Осталось три года. Я же не железный… Пять лет без женщины быть… Это только в кино и сказках так долго ждут, а в реальном мире нами потребности правят. Я не считаю, что изменяю ей. У меня нет постоянной девушки. Юля в курсе того, что у меня периодически бывают связи, но это только для тела. Душой и сердцем я к ней привязан. В последнее время так надоело все… Лишь секс по любви наполняет человека эмоциями, а без чувств остается только пустота. А тут ты у нас в коллективе появилась и мне крышу снесло. Мне от тебя не физическая близость нужна, а общение. Я уже сто лет никому душу не изливал, а тебе как-то само собой получается. По глазам твоим вижу, что понимаешь меня.
— И сколько ты продержался без женщины после ее отъезда? — прошептала, тяжело задышав. Мой мир пошатнулся, стал хрупким.
— Полгода хранил верность, а потом сорвался. Я знаю, для чего ты это спросила. Твой парень без тебя два года будет… Девяносто девять процентов из ста, что он сорвется, — заявил Илья, а я закрыла лицо ладонями и перестала дышать. Я и так знала, что Макар не продержится, но слышать об этом было чертовски больно. Лучше не знать про измены…
— Вика, прости, — прошептал Илья, погладив меня по голове. — Рядом с тобой почему-то на откровения тянет. Лучше бы солгал или промолчал… Ты расстроилась?
Я отрицательно замотала головой, втянула побольше воздуха в легкие, а потом посмотрела на Илью.
— Мы что-то заболтались, коробки сами не пересчитаются, — сменила я тему, закрыв от бармена свою боль и переживания. Пыталась отвлечь мысли счетом.
— Вика, прости, но я снова вернусь к этой теме… Ты лучше не думай о том, изменит он тебе там или нет, главное, это чтобы он к тебе вернулся спустя два года. Если он тебя любит, то никуда не денется, примчится домой и женится. Вот, если будучи рядом с тобой начнет изменять, тогда это уже другой разговор. А когда между вами километры, то, мой тебе совет, не считай интрижку изменой, не выясняй у него правду, когда вернется, иначе между вами все разрушится. Поверь на слово…
— Илья, честное слово, очень благодарна за советы, но может мы уже ревизией займемся?
— Конечно, — улыбнулся он. — Что-то я разболтался… Чуть не забыл. Говорят, что жена босса вернулась, она была заграницей, он ее туда отправлял отдыхать. Она когда в кафе приходит, то все вешаются. Если ты ей слово поперек скажешь, она мужу нажалуется и уволят. Мы столько сотрудников отличных из-за нее потеряли. Так что старайся быть невидимкой в ее присутствии, не хочу, чтобы и тебя выгнали из-за этой курицы.
Я швырнула в Илью пачку салфеток, а он успел поймать.
— Илья, если ты сейчас не замолчишь, я тебя покусаю, — рассмеялась, посмотрев на парня с добротой. — Салфетки лучше посчитай. Вот ревизию закончим, купим кофе, сядем за столик и поболтаем по душам. Как тебе такой план?
— Договорились, — подмигнул он мне.
К утру работники валились с ног, зато проверили все по списку. Демидов сделал всем кофе, и мы сели за столик. У нас еще было время перед приходом другой смены. Ноги гудели, голова казалась квадратной. Саша уткнулся лбом в стол и прикрыл глаза. Маша положила голову ему на плечо, и, казалось, вот-вот уснет.
— Сейчас дождемся Вячеслава Игоревича и можно по домам, — устало проговорила Наташа. — Илюш, отвезешь?
У Демидова была машина, в отличие от остальных. Илья улыбнулся.
— Наташа, ты же знаешь, что без проблем. Всех закину, с кем по пути. Вика, тебя тоже прихватим, — заявил он, обвив руками мою талию, прижал к себе и уронил голову мне на плечо. — Ты такая теплая и мягкая, как плюшевый заяц.
— Илья! — строго проговорила, опешив от его действий. Девчонки засмеялись.
— Вика, не обращай внимания, — сказал Саша с закрытыми глазами. — Илья, вечно всех тискает. Ты просто новенькая была, вот он и не решался руки распускать. После ревизии ты теперь закаленный в боях сотрудник, вот Илья и активировался.
Наташа обняла Илью и прижалась к нему.
— Я тоже замерзла, хочу обнимашек, — хохотнула она. Демидов улыбнулся, держал одной рукой меня за талию, другой Наташу. На мои замечания лишь лукаво щурился и задорно улыбался. Я внимательно смотрела на ребят. Поняла, что все они между собой только друзья, никто не бросал друг на друга хищных или томных взглядов. А то, что все обнимались между собой, флиртовали, прикалывались — все это было пропитано доверительно-дружескими эмоциями. Я очень радовалась тому, что попала именно в эту смену. Потому что в другой дела обстояли совершенно иначе. Там шла борьба за место администратора, и официантки между собой часто ругались.